Реферат философия и политика: : – Xreferat.com – , , ,

Содержание

Политология и политическая философия реферат по политологии

СОДЕРЖАНИЕ Что такое политика Политическая наука . Сущность политологии . Круг проблем науки о политике . История политологии как учения Политическая философия . Развитие мира политического . Философское постижение сущности политики . Что такое политическая философия Разграничение предметов изучения политологии и политической философии . Мир политического как объект политико-философской рефлексии Место политической науки и политической философии в современном изучении политики Политология и политическая философия на российском фоне 1. Что такое политика История России двадцатого века располагает к размышлению о ее судьбе, о смысле проделанного тысячелетнего пути. В современной России, как и во всем мире, тон задает по-прежнему политика. Ныне в нашей стране усиливается борьба за выбор дальнейшего пути, за форму организации государства, за режим правления. Вновь встал острый и наболевший вопрос о ее государственной целостности. То, что народы России должны непременно жить в одном государстве, отнюдь не является для всех очевидной истиной. А раз так, то ее необходимо обосновать и доказать научно. Политика со времени Древней Греции и до Нового времени традиционно рассматривается как всеобъемлющая идея о государстве и власти государственного (институционального) уровня. Однако это понятие шире власти и тем более государственности. Политическая сфера в жизни сообществ людей конструировалась по мере разделения общественного производства и появления частной собственности, смены морального авторитета семейно-родовых старейшин государственными и иными институтами публичной власти. С исторической точки зрения политика была призвана осуществлять двуединую задачу: управлять политическим поведением населения во имя сохранения целостности общества и выражать властно значимые интересы всех групп и слоев в государстве. Сейчас политику рассматривают в двух аспектах: как средство организационного и духовного начала нового государственного устройства и в качестве регулятивно- контрольной сферы, направляющей жизнь, деятельность, отношения людей, общественных групп, классов, наций и взаимоотношения между странами. Политика – это функционирование в равной мере и политической мысли, и волеизъявления тех или других классов и социальных групп общества. Недостаточно каким-либо идеям только промелькнуть в нескольких головах, надо, чтобы они получили социальную реализацию. Это сфера деятельности, связанная с отношениями между классами, нациями, государствами и другими большими социальными группами. Поскольку объектом больших социальных групп общества является экономическая, социальная и политическая власть, она выражает не только экономические, но и иные потребности классов, то экономические интересы больше и чаще других выступают социальной причиной политических действий. Политика, однако, не является лишь рефлексией, выражением экономических и других потребностей социальных групп. Она оказывает существенное влияние на все структурные элементы политической надстройки (государство, право, партии, идеологию). жизни; субъекты политической деятельности, их место и роль, преследуемые ими цели и формы, методы и средства их достижения; условия и особенности современного этапа развития политики и политических отношений. Особая область и соответственно исследовательская проблематика политологии – политическая власть, властные отношения. Это специфика, признаки, структура политической власти, пути и формы ее завоевания и реализации, соотношение конституционных и неконституционных форм политической борьбы, место и значение политических революций, способы осуществления политической власти (от тоталитарных до демократических), организационные формы политической власти и т.д. Предметом постоянного внимания политологии являются политические системы общества, их современные типы, основные институты. Также в круг проблем политологии как науки входят политический процесс, как международный, так и в национальных границах, политическое поведение с различными формами его проявления, политическое лидерство, политическая культура, участие масс в решении важнейших политических проблем, международная политика, глобальные политические проблемы современности. Существенное место в политологии занимает история политических идей, учений и теорий, начиная с античности, включая средневековье, новое и новейшее время и заканчивая современностью. Интерес к политологии возник в связи с массовым увлечением политикой. Политические страсти стали предметом наших каждодневных раздумий. Выявилась поразительная разноголосица в суждениях о текущей политике. Сегодня российская демократия мучительно открывает для себя многие прописные истины. Одновременно с интересом к политике в демократическом движении намечается и другое явление. Большинство людей, устав от бесплодной и бестолковой борьбы и не находя в ней ответа на свои вопросы и сомнения, впадает в уныние. Задача науки – освободить общество от идеологического миража, рассеять мрак безысходности. Политология стала самостоятельным предметом не сразу. Потребовался длительный период ее эволюции от универсальной социально-политической мысли в античности (Аристотель и другие) до современной научной и учебной дисциплины. В западных научных кругах основоположниками политологии называют представителя Чикагской школы (20 – 40-е годы) Чарльза Мариела и русского социолога Питирима Сорокина. Политология как наука органически связана с социологией политики, изучающей взаимоотношения политической сферы с другими сферами общественной жизни (экономическим базисом и т. п.), политическими системами и социально-классовой структурой общества. Поэтому социальная политика, являясь областью общей социологии, выступает теоретической и методологической основой политологии. Политология как наука о политике и политических отношениях изучает все сферы политики и политической жизни общества не умозрительными размышлениями на политическую тему, а с помощью общественных методов, исторического анализа, сравнительного и количественного методов контент-анализа документов. Теоретические выводы политической науки – результат обобщения и осмысления широкого круга эмпирического материала. Сегодня главные разделы политологии составляют: философско-методологические основы политических знаний; теория политических систем и международных отношений; теория общества; политическая идеология и история политических учений. У социологии есть не только теоретический, но и эмпирический уровень. Используя свои методы (статистический, опроса, наблюдения, анализа документов и другие), она измеряет и диагностирует состояние политических отношений и процессов, дает данные для анализа и принятия политических решений. Вопрос о соотношении политики и политологии постоянно дискутируется, но главная линия разграничения ясна: политология исследует политическую сферу, политические отношения, политическую жизнь, закономерности их развития и функционирования, а социология политики изучает взаимоотношения этой политической сферы с другими сферами общественной жизни. 3. Политическая философия Любое человеческое сообщество, любая цивилизация или крупная держава, показавшие свою пригодность к истории, основываются на особом, присущем только им идеале, или центральной, осевой идее. Доминирующие в данной цивилизации образ жизни, формы менталитета, культуры, социальной, экономической и политической организации, философии и религии и т. д. так или иначе сообразуются с этим идеалом. Когда они подвергаются эрозии или подрываются, сообщество, цивилизация обречены на исчезновение или же на радикальную трансформацию. Опыт истории свидетельствует, что как только начинают подтачиваться духовный и культурный стержни, служащие опорой цивилизации, можно говорить о начале ее заката. Всякий строй жизнеспособен и эффективен до тех пор, пока большинство людей сохраняет веру в его законность и эффективность. Можно с уверенностью говорить о существовании некой парадигмы – мировоззренческой инфраструктуры, которая характеризует пространство и время, природу и общество, человека, общество и государство, свободу и рабство, добро и зло и т. д. Парадигма – это система взаимосвязанных универсалий, призванных обеспечить хранение и трансляцию социального опыта от поколения к поколению. В каждый конкретный исторический период общественные и политические процессы разворачиваются и реализуются в рамках особых мировоззренческих парадигм, придающих этим процессам определенную конфигурацию и направленность. В отличие от природного процесса, в котором прошлое преодолевается и умирает, в историческом процессе те или иные аспекты прошлого продолжают жить в настоящем. Можно сказать, что общественно-исторический процесс имеет двойственную природу. Это, с одной стороны, эволюция, развитие и отрицание старого, а с другой, он сохраняет и переносит из прошлого в настоящее и будущее все жизнеспособное, будь то позитивное или отрицательное. Общественно-историческая система может трансформироваться во многих своих аспектах, в то же время сохраняя преемственность в других аспектах. Лишь при наличии взаимодействия и тесного переплетения двух начал: развития и творения нового, с одной стороны, и сохранения преемственности с прошлым – с другой, можно говорить об истории и общественно-политическом процессе. Поэтому любая социально-философская или идейно-политическая конструкция, претендующая на объективное отражение существующих общественно-политических реальностей, должна учитывать оба этих начала. В противном случае либо она нежизнеспособна, либо попытки ее реализации чреваты непредсказуемыми последствиями, представляющими угрозу самим основополагающим принципам и ценностям. Суть проявления, трансформации и исчезновения человеческих сообществ или цивилизаций выражается известной формулой Ницше: «переоценка всех ценностей». С такой «переоценкой» связаны радикальные трансформации в Европе, которые привели к смене античной цивилизации сначала средневековой, а этой последней, в свою очередь, современной западной рационалистичной (или капиталистической) цивилизацией. Эти рассуждения относятся и к миру политического, характеризующегося исключительной динамичностью и изменчивостью. Особенно важное значение в данном контексте имеет то, что мир политического имеет много измерений – социально- экономическое, структурное, функциональное, социокультурное, конфессиональное, историческое, концептуальное и т.д. Для правильного понимания сущности политического, политических феноменов и процессов необходимо иметь соответствующее представление обо всех этих аспектах и измерениях. В качестве объединяющего их начала выступает мировоззренческое измерение, центральным элементом которого является политическая философия. Как считал Гегель, абсолютная идея как «единственный предмет и содержание философии» имеет разные формообразования. Причем их философское постижение составляет «задачу отдельных философских наук». Таковыми политическими силами. То есть и те, и другие могут выступать в качестве субъектов политических отношений. Поэтому политические реальности и феномены невозможно понять без учета системы общения, средств и механизмов политической коммуникации, которые в одинаковой степени связаны как со сферой общественного сознания, социокультурной и политико-культурной сферами, так и с миром политического в собственном смысле слова. Политическое пронизывает мировоззренческая система, в которой важное место занимают идеология и различные идейно-политические течения, обеспечивающие его субъективную инфраструктуру. В центре мира политического находятся государство, власть, властные отношения. Они составляют основополагающие категории политической философии и политической науки и дают ключ к пониманию сущности и предназначения политики. Только раскрыв вопрос о природе власти и государства, можно выделить политику из всей общественной системы и комплекса общественных отношений. Некоторые авторы придают власти столь большое значение, что отождествляют ее с миром политического в целом. Как считал, например, американский политолог Дж. Кетлин, «политическая наука становится равнозначной исследованию власти в обществе, то есть превращается в науку о власти. Это наука о действительной воле к власти и ее рациональной координации в обществе». Очевидно, что здесь политическая наука характеризуется как дисциплина, занимающаяся только феноменом власти. Власть существовала задолго до возникновения государства, она возникла, когда человек вышел из стадного состояния. С усилением социальной дифференциации и возникновением государства на смену авторитету старейшин пришел авторитет публичной власти. Возникли аппарат власти, особые принудительные учреждения, которые в лице государства стали над обществом. Иначе говоря, и государство, и власть в собственном смысле этих слов как бы дополняют и усиливают друг друга. Государство – главный или единственный субъект власти и властных отношений. Именно в этом качестве они составляют центральный элемент мира политического. Как правило, в политической сфере зачастую значимость приобретают не только реальные действия и меры правительства или государства, но и то, как они оцениваются и воспринимаются, в каком контексте подаются. Значение имеют господствующие в данном обществе нормы и правила, поведенческие стереотипы, вербальные реакции, политическая символика и другие компоненты национальной культуры. Применительно к рассматриваемому вопросу речь идет о политической культуре, в которой как бы в превращенной форме получает свое воплощение ряд важнейших аспектов политического мировоззрения людей. Политическая культура – это комплекс представлений той или иной национальной или социально-политической общности о мире политики, политического, законах и правилах их функционирования. Политическая культура определяет и предписывает нормы поведения и правила игры в политической сфере, обеспечивая ее единство, целостность и интегрированность. В этом смысле политическая культура составляет в некотором роде этнос, или дух, который одушевляет формальные политические институты. Мир политического состоит из двух самостоятельных сфер: конкретной или повседневной политической практики, осуществляемой исполнителями всех уровней в лице чиновников, служащих государства; сферы разработки политических программ, идеологий, курсов стратегического характера на всех уровнях и принятия решений относительно путей, форм и средств их реализации. Это примерно соответствует тому разделению, которое М. Вебер проводил между чиновником и политиком. Задача первого состоит исключительно в беспрекословном профессиональном выполнении принятых политиком решений, при этом не неся ответственности за направление и содержание политического решения. Такую ответственность несут политики, которые берут на себя задачу разработки программных установок и основных направлений их реализации. Исходя примерно из такого расклада, австрийский социолог и политик А. Шеффле назвал первую сферой «повседневной государственной жизни», а вторую – сферой «политики». В первой сфере все решения по каждому конкретному случаю принимаются в повседневной практической деятельности в соответствии с четко установленными правовыми и другими нормами. Здесь уместно говорить не о политике в собственном смысле слова, а о повседневном административном управлении. О политике, считал Шеффле, мы вправе говорить лишь в тех случаях, когда речь идет о легитимизации нового положения вещей, например о заключении договора с иностранным государством или принятии парламентом нового закона о налогах. Разумеется, такое разграничение носит условный характер, поскольку новая расстановка политических сил и соответственно принятие политических решений возможны и в процессе повседневного государственного управления. Все вышеизложенное дает достаточные основания для вывода, что понятие политического шире и богаче понятий государства, политической системы, власти и т.д. Однако при всей многозначности данного понятия, когда говорят о мире политического, речь все же идет об особой сфере жизнедеятельности людей, связанной с властными отношениями, с государством и государственным устройством, с теми институтами, принципами и нормами, которые призваны гарантировать жизнеспособность того или иного сообщества людей, реализацию их общей воли, интересов и потребностей. Иными словами, под политическим подразумевается все то, что имеет касательство к феноменам, институтам, организационным формам и отношениям в обществе, за которыми признаны окончательная власть и авторитет, существующие в этом обществе для утверждения и сохранения порядка и реализации других жизненно важных для него целей. Политическое имеет много измерений – экономическое, социокультурное, социально-психологическое, структурное, функциональное, мировоззренческое и т.д. Поэтому оно является объектом изучения многих дисциплин, таких, как социология, государственно-правовая наука, геополитика, политическая наука и т.д. С данной точки зрения особую актуальность приобретает разграничение предметов изучения политической науки и политической философии. Первое концентрирует внимание на политическом в контексте исторического развития и реальной социальной действительности, а также взаимодействия и переплетения различных социальных сил, социокультурного и политико-культурного опыта. В фокусе – такие разные по своему характеру институты, феномены и процессы, как политическая система, государственный строй, власть и властные отношения, политическое поведение, политическая культура, история политических учений, субъекты политического процесса, партии и избирательные системы и т.д. При разграничении предмета политологии и политической философии следует исходить из того, что в качестве центрального субъекта мира политического выступает человек, который является существом не только социальным, политическим и экономическим, но одновременно духовным, социокультурным, политико-культурным, морально-этическим и т.д. Другими словами, человек – центральный субъект политики, политика – функция взаимодействующих между собой людей. Каковы эти люди, такова и политика. Было бы напрасным трудом пытаться провести некие линии разграничения между различными ипостасями, в которых одновременно выступает человек. Обращаясь к человеку, политология вторгается в сферу интересов философии, этики, культурологии и т.д., а эти последние, в свою очередь, – в сферу интересов самой политологии. На пересечении этих сфер мы и вправе вести разговор о политической философии и связанных с ней дисциплинах и сферах духовной жизни: политической антропологии, политической психологии, политической этике и др. 5. Место политической науки и политической философии в современном изучении политики В античности и средневековье в условиях, когда политическое было интегрально слито с другими сферами общественной жизни и самостоятельно не существовало, оно пребывало в состоянии в-себе-бытия и обосновывалось в контексте общей господствующей социально-исторической парадигмы. Вычленившись из целостного

Основные темы философии политики реферат по философии

Основные темы философии политики Для философии политики мир политического служит источником философской рефлексии о принципах свободы и порядка, свободы и равенства, справедливости, сущности власти, соотношении политики и морали, государства и личности. Философия политики избегает вопросов «где», «когда», «как», «кто», и т.д. или категории «здесь» и «теперь». Ее интересует прежде всего сократовский вопрос «Что есть?». В центре внимания философии политики не конкретная политическая ситуация, не формы конкретного проявления человеческой деятельности, а природа мира политического, политической жизни вообще. Политическая философия, будучи дисциплиной, призванной исследовать природу политических вещей, затрагивает целый комплекс основополагающих аспектов, которые в рамках человеческой истории имеют универсальный характер. В этом контексте прав был Л. Штраусс, который считал, что философия политики занимается поисками трансисторических истин о политике. Она определяет границы политического, политической жизни и деятельности как таковых, различные формы их государственного воплощения. Центральной темой философии политики является сама природа политического, сущность и структура политики. Слово «политика» греческого происхождения и обозначает искусство управления государством. Трудно сказать, когда этот термин впервые был использован, но его генезис, видимо, связан с античными государствами- полисами. Политика, прежде всего, связана с управлением и ее можно определить как одну из форм деятельности по урегулированию и управлению общественными отношениями и связями, возникающими между людьми в процессе их совместной деятельности. Политика как ресурс воздействия на реальность возникает ввиду учета коллизионных начал, обусловливающих интенсивные обменные процессы в разрешении жизненных антиномий: противник-соратник, друг – враг, согласие – несогласие, диссонанс – консонанс. Политика в обществе становится культурой практического разума по увязыванию групповых интересов, по разрешению групповых конфликтов. Можно сказать, что политическая деятельность имеет место там, где необходимо разрешение социальных противостояний, социальных конфликтов. Факт конфликтного происхождения властных отношений, политики, государства осознали уже мыслители древности. Еще в «Государстве» Платон говорил устами Полемарха о том, что политическая деятельность должна осуществляться в интересах части общества или одной партии в борьбе с ее политическими противниками. Искусство справедливой политики – это «искусство приносить друзьям пользу, а врагам причинять вред». Традиция конфликтного происхождения властных отношений, политики и государства широко распространена в политической философии. Так, К. Шмитт, рассматривая политику в категориях «друг-враг», полагал, что социальные отношения уплотняются, превращаются в политические при необыкновенной интенсивности общественных противоречий. В сущности, он рассматривал дихотомию «друг-враг» в качестве главного конституирующего признака политических отношений, самого смысла существования политического как самостоятельной сущности. В своих построениях К. Шмитт ставил во главу угла именно эту дихотомию; ей у него соответствовали противостояния «добро-зло» в морали, «прекрасное- безобразное» в эстетике, «выгодное- невыгодное» в экономике. Причем, согласно К. Шмитту, политические категории самодостаточны и независимы от моральных, экономических и иных категорий, политический враг не -лица – субъекты политических действий; -механизмы – обычаи, традиции, нормы, законы, способы влияния на субъектов политических действий; -институты – организации, стимулирующие, инициирующие, контролирующие, ревизующие предприятия субъектов политики в их связи с механизмами политических действий. Сообразно уровням субъектности вычленяются элементарные структуры, соответствующие организации политического. Персональный и групповой уровень – это микрополитика. Страновый, региональный, мировой уровни – макрополитика. С группового уровня проявляются основные черты политических систем: -интенсивный обмен информацией, энергией, коммуникацией; -наследственность – идентичное самовоспроизведение, редупликация, трансляция; -изменчивость – мутации, реверсии; -раздражимость – активность, реактивность; -дискретность – атомарность, суверенность; -устойчивость – диапазоны стабильности, стационарности дискретных состояний, обеспечивающие самобытность. Центральное место в политике занимает проблема власти. Политическая власть – определяющее воздействие на поведение масс, групп, организаций с помощью средств, которыми обладает государство. Макс Вебер дает такое определение власти: «Власть есть вероятность того, что одно действующее лицо в рамках социального отношения будет в состоянии осуществить свою волю вопреки сопротивлению, каковы бы ни были основания такой вероятности». Власть и господство представляют собой базовые характеристики любого человеческого сообщества. С этим феноменом мы в той или иной форме встречаемся почти во всех сферах жизни людей. Но при всем том свое наиболее адекватное выражение понятие власти находит в политической сфере. В течение многих веков мыслители, ученые и исследователи различных социально-философских и идейно-политических направлений пытались определить фундаментальную природу власти, основные ресурсы, обеспечивающие обладание властью и ее реализацию, границы, в которых могут быть использованы эти ресурсы и соответственно применение самой власти. Немаловажное значение в этих поисках занимало установление основных источников власти и факторов ее возникновения и последующей эволюции. Как социально-политический феномен власть составляет антитезу безвластия, отсутствия власти. Началу архэ (власти) в качестве символа организованного порядка в сообществе людей, регулируемого определенным комплексом общеобязательных норм и правил, противопоставлялось начало анархэ (безвластия) в качестве символа общественного устройства, в котором отсутствуют всякая власть, господство и принуждение. Ксенофан называл «анархией» время без Архона, то есть без высшего правителя государства. Идеал такого общества, получивший позже большую популярность, на рубеже нашей эры изобразил римский поэт Овидий, назвавший его «золотым веком», «когда люди без всяких судей сами, по собственной воле соблюдали честность и справедливость». Властный императив теснейшим образом связан с первоначалами человеческой истории, он – необходимый элемент общественной организации, без которого невозможны жизнеспособность и функционирование общества, власть призвана регулировать взаимоотношения между людьми, между ними, обществом и государственно-политическими институтами. Более того, власть является одним из главных (если не самым главным) ресурсов любого человеческого сообщества. Притягательность власти с данной точки зрения состоит в том, что властные рычаги дают возможность влиять на производство, распределение и потребление ресурсов. Некоторые философы рассматривают власть как созидательное начало, как создание смыслов в процессе взаимодействия людей. Вот как пишет Мишель Фуко: « …в конце концов мы судимы, осуждаемы, классифицируемы и детерминированы во всех наших начинаниях, мы обречены на определенный образ существования и умирания как некая функция в дискурсах истины, которые и являются носителями определенных проявлений власти». Будучи неотъемлемой стороной социальной жизни, власть развивается в процессе эволюции человеческого сообщества, приобретая те или иные формы в зависимости от различных этапов исторической эволюции и общественных изменений. Как непременный атрибут развития общества власть возникла задолго до появления государства и его политической сферы. Приблизительно 40 тыс. лет она существовала в догосударственных и дополитических формах, выступала в качестве способа поддержания баланса внутриклановых отношений в виде господства вождей, шаманов и других лидеров первобытных обществ. С момента образования государства, то есть в течение последних 5 тыс. лет, власть существует в политической, публичной форме. Ключ к власти лежит в способности ее субъекта контролировать поведение других людей и манипулировать социально-политическими процессами. В данном контексте под властью подразумевается способность ее субъекта (отдельно взятой личности, группы людей, организации, партии, государства) навязать свою волю другим людям, распоряжаться и управлять их действиями насильственными или ненасильственными средствами и методами. Иными словами, здесь речь идет о способности того или иного субъекта навязать свое господство другим людям, группам, классам, обществу в целом. Возникая из ролевой неоднородности людей, власть сводится к системе преимуществ, предоставляющих дополнительные степени свободы и дающие право одним влиять на самоутверждение других. не найдете… практически ни одного из тех прав, которые составляют содержание свободы наших современников. Все частные действия находятся под суровым надзором. Личная независимость не простирается ни на мнения, ни на занятия, ни тем более на религию. В делах, представляющихся нам самыми ничтожными, авторитет общественного организма довлеет над волей индивидов и угнетает ее. У спартанцев Терпандр не мог добавить лишнюю струну к своей лире, не оскорбив эфоров. Власть вмешивалась и в самые обычные домашние дела. Молодой лакедемонянин не мог свободно посещать свою супругу. Законы управляли нравами, а поскольку нравы простираются на все, то не было ничего, что не регулировалось бы законами». Вместе с тем нельзя не заметить, что еще в Афинах античного периода индивид утверждается в своей особенности как субъект права: намерения индивида признаются фундаментальным элементом ответственности. Проблема отношений власти и человека приобретает системное решение через идею естественного права и неотчуждаемых прав человека и концепцию гражданского общества. Дж. Локк и Ж.Ж. Руссо, опираясь на версию о договорном происхождении государства, обосновывают новый тип его гражданским обществом. Идея гражданского общества вначале формулировалась как критика средневековых устоев жизни, их урегулированности государством. Человек не знал автономии и был частью общины, сословия. В гражданском обществе отношения должны быть упорядочены на основе признания неотъемлемости прав каждого человека, его свободы ими пользоваться. Суть прав выражается в триаде «жизнь, свобода, собственность». Обществу, которое построено на жесткой принадлежности каждого к какой-либо группе, противопоставляется общество, в котором никто не имеет особых привилегий, но все равны перед законом. Гражданское общество понимается как общество с развитыми экономическими, культурными, религиозными отношениями между самими индивидами, не опосредованными государством. В таком обществе свободно развиваются ассоциативная жизнь, или, как ее называют, публичная сфера, сфера массовых движений, партий, группировок по интересам, убеждениям, любым другим признакам. Это общество добивается децентрализации власти государства за счет ее передачи самоуправлению, взаимодействия большинства и меньшинства на основе согласования позиций государственных институтов и общества. Достигается идентичность гражданских и профессиональных качеств человека, входящего как в то, так и в другое сообщество. Происходит обмен этими качествами; отсюда – политичность гражданского общества и гражданственность политического. Гражданское общество генерирует развитое самосознание, способность к объективному самоотчету. При достаточной подвижности такое сознание обеспечивает быстрое восстановление равновесия отношений, когда они приходят в движение. В гражданском обществе церковь, религиозное единство, соборность, общность народная, идеологическая, политическая, классовая, сословная, культурная, национальная не подавляют и не растворяют индивидуальность, но позволяют индивиду, ставшему личностью, выделиться, не порывая с общностью судьбы. Новая основа выхода из массы – это самостоятельность человека, освободившегося от опеки, способного и желающего рассчитывать на себя, на собственные силы, на самодеятельность, соревнование. Условием и результатом этого развития становится более полное, более органичное превращение общества в гражданское целое, а государства – правовое политическое единство. Приобретшая революционное содержание в Новое время тема «гражданское общество против государства» получила наиболее развернутое освещение в работах Т. Пейна, Т. Ходжскина, Э.Ж. Сьейеса и особенно в программном документе Великой французской революции – Декларации прав человека и гражданина. Ограничение патернализма государства, создание гражданского общества создало новые подходы к пониманию свободы личности. Свобода личности предполагает определенные социальные и политические условия. В частности, она требует существования как многих центров власти, исключающих монополию какого-либо одного лица, социальной группы, партии, уравновешивающих всевластие государства, так и свободы выбора во всех сферах общественной жизни. Основополагающее значение с этой точки зрения имеет частная собственность. Вслед за Гегелем можно сказать, что гражданское общество – это сообщество частных собственников, которые независимо от своего статуса, религиозных и политических воззрений, расовой, этно-национальной принадлежности в юридически-правовом отношении равны перед законом. В то же время суть самой идеи гражданства состоит в том, что, отстаивая свои права и интересы, отдельно взятый гражданин должен признавать также общие интересы и цели, скрепляющие всех членов общества в единое целое, сознавать свои обязанности и ответственность перед другими людьми, наделенными собственными законными правами и интересами, которые он должен признать, учесть и уважать. Это означает, что свобода человека ограничена, с одной стороны, потребностями, интересами, способностями и возможностями самого человека, с другой – условиями внешней среды. Истинная свобода может иметь место в условиях признания границ своего жизненного пространства, а также взаимности прав и обязательств. В данном контексте нельзя противопоставлять друг другу власть и свободы, поскольку свобода возможна только в условиях порядка, а порядок в современном обществе обеспечивается властью. Действительная, не декларируемая свобода возможна в том случае, если власть служит праву. Раскрытие сложных взаимоотношений политики и морали – сложнейшая проблема философии политики. Как уже отмечалось, философия политики охватывает не только мир сущего, но и мир должного, мир политического не только в том виде, каков он есть, но и каким он должен быть. Политика представляет собой результат сознательных волевых усилий людей, ставящих перед собой определенные цели, руководствуясь при этом морального измерения. Эта позиция, в частности, выразилась в известной идее о равнозначности правды-истины правде- справедливости. К противоположным выводам пришел марксизм, особенно в его ленинской ипостаси. В марксистской этике центральное место занимает противопоставление «классовой морали» универсальным гуманистическим ценностям. «Наша нравственность, – писал В.И. Ленин, – подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата». Тенденция к уменьшению внимания к нравственным аспектам политики усиливалась с постепенным преобладанием в XIX веке историзма и позитивизма в науке о праве и государстве. Руководствуясь рационалистической традицией, восходящей к Декарту и другим мыслителям Нового времени, позитивисты стремились свести политику всецело к науке с целью создания механизма разрешения или смягчения политических конфликтов. Как утверждал О. Конт, нет свободы совести в математике и астрономии, ее не должно быть и в социологии, и в политической науке. Торжество рационализма, сциентизма и научных методов исследования политических феноменов привело к отделению фактов от ценностей, объективации, ценностной нейтрализации позитивистской политической науки. Следуя этой традиции, ряд современных авторов считает необходимым отделить политику от морали. Подчеркивается, что в отличие от морали политика исходит не из добра или зла, не из справедливости или несправедливости, не из гуманности или негуманности, а из интересов. Политик руководствуется интересами, и если он уверен в том, что при данных обстоятельствах интересы его класса или государства требуют принятия такого решения, которое противоречит моральным принципам, то он как политик игнорирует эти принципы. Политик исходит из целого, то есть он заинтересован в сохранении целого и поэтому жертвует частью. Политика обращена к общему, а мораль – к личности. Эти доводы, основанные на прагматизме, игнорируют тот факт, что сама политика – это результат и поле деятельности человека как морально- этического по своей природе существа. В этом контексте, как отмечает К.С. Гаджиев, неправомерна сама постановка вопроса в форме противопоставления морали и политики. В реальной действительности, пишет К.Г. Баллестрем, «политическое действие развертывается в поле напряжения между властью и моралью.» Задача политика состоит в том, чтобы найти оптимальную линию для адекватного отображения мира политического и соответственно поиска оптимальных для общества решений. Надо отличать необходимое и допустимое от нравственно достойного и желательного. Смертная казнь допустима, на каком-то этапе развития общества она может быть и практически необходимой, но она не может быть оправдана с позиций высших этических ценностей. Политику часто приходится делать выбор не между абсолютным добром и абсолютным злом, а между меньшим и большим злом. В данной связи интерес представляет постановка вопроса М. Вебером. который проводил различие между этикой ответственности и этикой убеждений. Первая вырастает из понимания сложности моральной ситуации в сфере действия политики. Дело в том, что политика нередко сопряжена с принуждением и насилием, моральные последствия которых невозможно заранее предвидеть. Невзирая на то, что с моральной точки зрения принуждение всегда оценивается отрицательно, политик все равно прибегает к нему для обеспечения себе поддержки людей, используя их стремления к признанию власти, привилегиям. Что касается этики убеждений, то она строится на принципе сохранения моральной чистоты ценой принесения ей в жертву всех реальностей, противоречащих доктрине, отказа от малых дел, способных как-то улучшить положение людей. Суть этой второй позиции в политике состоит в концептуализации борьбы между абсолютным добром и злом, что оправдывает использование любых средств для достижения конечных целей. Здесь приверженность «этике абсолютных целей» противостоит «этике ответственности». Идеальная цель, как бы далека и возвышена она ни была, должна принадлежать реальному миру. Важное место в нашей жизни занимает выбор между возможностями, предоставляемыми реальными условиями, и обстоятельствами. Суммируя сказанное, отметим, что вся история философии политики – это история спора о существовании (или об отсутствии) нравственных основ политического действия. В известном смысле эта проблема представляет собой некий замкнутый круг: с одной стороны, нравственные истины, в принципе, может порождать сама практика политических конфликтов, но, с другой, – конфликты следует регулировать в соответствии с уже существующими нравственными истинами, то есть последние изначально должны стоять выше конфликтов. Традиционно для философии политики характерен самый широкий разброс ее тем, обширное поле саморефлексии политики. В ее русле активно обсуждаются вопросы власти, суверенитета, идеалы справедливости, морали, свободы, политического сообщества, совместимости равенства и справедливости.

Политическая философия

Определение и предмет политической философии

Определение 1

Политическая философия – это особая междисциплинарная область науки, расположенная на стыке философии и политологии. Она представляет собой область духовной деятельности, посредством которой формируется ценностная и мировоззренческая точка зрения на сферу политического. По большому счету, политическая философия формулирует идею власти, государства, закона и др.

Она включает в себя политическую онтологию, методологи и аксиологию.

Источник, материал для анализа политической философии – это непосредственно политическая практика. От единичных политических деяний происходит переход к выявлению природы политического.

Политическая философия разделяет сферу политического на непосредственную практику и на идеальный уровень бытования политики.

Ключевой функцией политической философии является разработка понятийного аппарата политических наук. Она работает со сферой смыслов.

Политические онтология и аксиология

Понятие политическая онтология отражает политику как специфическую реальность, сферу человеческой деятельности, обладающую своим выделенным бытием.

Политика является связующим для общества элементом. Общество и отношения возникающие в нем по умолчанию предполагают наличие политического.

Политическое всегда предполагает определенного рода ценностное отношение. Политическое решение или действие рассматривается как справедливое/несправедливое, значимое/незначительное, насущное/ бессмысленное и т.д. Здесь можно отметить теорию политического предложенную И. Кантом, в которой политика тесно связана с морально-нравственными императивами. Политическая сфера вырабатывает линию поведения общества именно поэтому ценностные установки здесь должны присутствовать.

Политическая идеология

Понятие политической идеологии отражает мировоззренческий уровень политического.

Политическая идеология имеет следующие характеристики:

  1. Она включает в себя мировоззренческий уровень развития общества на данный момент;
  2. Программные политические установки общества, вытекающие из мировоззрения;
  3. Мощный пропагандистский аппарат, раскрывающий суть программы широким слоям населения;
  4. Непосредственные политические шаги, основывающиеся на идеологии.

В целом, идеология призвана дать определенный смысл происходящему в государстве и в политических решениях.

Из истории политической философии

Политическое как предмет философского анализа в несамостоятельном виде присутствовало уже в античной философии (Аристотель, Платон).

Политическое как самостоятельное явление общественной жизни и предмет для анализа появляется с эпохи Нового времени.

Замечание 1

В указанном процессе не последнюю роль сыграл Н. Макиавелли. Мыслитель стал первым, кто заговорил о самостоятельном статусе политики в рамках жизни общества. Макиавелли стоит на позиции, что государство и власть независимы от морали. Для государственной жизни есть свой свод правил, отличный от морального.

Свои теории политического предложили философы Т. Гоббс и Дж. Локк. Общеизвестен тезис Гоббса о том, что вне государства преобладает состояние войны всех против всех. Мыслитель разделяет верховную власть, его воплощение библейский Левиафан, и сообщество подданных, обладающих своими правами. Общество и государство по Гоббсу строится на основании естественных законов, сообразующихся с установлениями разума.

Дж. Локк, как Т. Гоббс, считает, что основа появления государства – это договор. По Локку договор заключается между гражданами и правительством на равных правах. Государство – производная составляющая, источник власти – народ. Кроме того, Локк высоко ценить индивидуальность человека обладающего системой неотчуждаемых прав от рождения. Также у Локка можно заметить начатки теории разделения властей.

В $XVIII$ в. и первой половине $XIX$ в. происходит институализация политической философии. Указанный процесс связан с рождением политических теорий в эпоху Просвещения. Именно тогда закладываются теоретические основы гражданского общества и либерализма.

Власть и мораль – Философия, Реферат

1.1 Понятия власти и морали Термин «власть» многозначен. В политологии – исключительная функция политической системы управлять в пределах своей специфической области. Осуществление власти понимается как односторонняя функция командования с опорой на моральную, идеологическую, вооруженную или иную материальную силу. Устойчивость власти и властных структур определяется идеологическими и моральными факторами, в этом случае власть приобретает легитимный характер. В случае применения насилия вся система власти оказывается неустойчивой, но специфической функцией политической системы на уровне государства являются различные формы принуждения. В политологии широко представлены следующие подходы к рассмотрению власти: биологический, антропологический, психологический, социологический и философский. Биологический подход рассматривает власть как естественное состояние в обществе, предопределяемое самой природой. Власть имеет предпосылки и корни в биологической структуре, общей у человека и животных. Основа власти заключена в природе человека как биологического существа. Антропологический подход имеет некоторые общие черты с биологическим подходом. В биологическом подходе – распространение власти на все живое, в антропологическом – на все социальные образования. Действия, опирающиеся на власть и авторитет, признаются политическими, и на этом основании говорится о существовании политической власти во всяком обществе. При этом подходе носителями политической власти являются вожди, советы старейшин, собрания общины и т.д. Психологический подход исследует власть под углом зрения восприятия ее человеком. Субъективное восприятие основывается на качествах носителя власти, или вытекает из особенностей психологической природы человека. Власть понимается как общественное и как психологическое явление. В качестве общественного явления она подчиняется объективным законам и исходит из процесса общественного развития. Как психологическое явление власть существует в сфере переживаний и восприятий личности. Восприятие власти зависит от сложных черт личности людей, над которыми власть осуществляется. Социологический подход состоит в сведении власти к политическому влиянию одной социальной группы на другую. В его рамках выделяются следующие направления исследований: 1) бихевиористское – власть является особым типом поведения, основанным на возможности изменения поведения других людей; 2) телеологическое – власть толкуется как достижение определенных целей; 3) инструменталистское – власть трактуется как возможность использования определенных средств, в том числе насилия; 4) структуралистическое – характеризует власть как особого рода отношение между управляющим и управляемым; 5) функционалистское – рассматривает власть под углом зрения осуществляемых ею функций; 6) конфликтологическое – определяет власть с точки зрения форм и методов разрешения политических конфликтов. Философский подход включает и объединяет в себе вышеуказанные подходы. С его позиций власть – способность и возможность субъекта осуществлять свою волю, оказывать воздействие на деятельность людей с помощью авторитета, права, насилия и др. В рамках философского подхода наиболее полно раскрываются и основные методы осуществления власти: организация, убеждение, воспитание, контроль и принуждение. Философский подход включает в себя следующие положения: – власть – категория общественная, это волевое отношение между людьми; – истоки власти лежат в системе его экономических отношений; – политическая власть – особая разновидность власти, один из самых важных элементов; – сущность политической власти образует господствующая воля того или иного класса или социальной группы; – ядром политической власти служит власть государственная, определенным образом организованная и закрепленная в правовых и иных социальных нормах. Для власти необходимо рассмотрение проблемы морали. “Мораль” (лат. “moralitas”, “moralis”) – “нрав”, “характер”, “склад души”, “привычка”. В толковом словаре В. Даля “мораль” – нравоучение, правило для воли, совести человека; “нравственный” – духовный, душевный, согласный с совестью, с законами правды. Из приведенных пояснений видно, термины “мораль” и “нравственность” во многом сходны. Малое различие в том, что “мораль” – более обобщенное понятие, а “нравственность” все же касается отдельных индивидов; здесь различие в акцентах, не в существе содержания. По определению А.А. Гусейнова, мораль – форма общественного сознания и вид общественных отношений, направленных на утверждение самоценности личности, равенства всех людей в их стремлении к счастливой и достойной жизни, выражающих идеал человечности, гуманистическую перспективу истории. Основные понятия морали:”добро” и “зло”, “справедливость” и др. В истории общества менялось содержание категорий морали. Люди по-разному понимали, что такое “добро” или “счастье”. Однако оставалось несомненным, что высшими ценностями являются добро, совесть, справедливость, честь, долг, счастье человека. Опираясь на соответствующие представления, люди вырабатывали правила поведения, отношения к обществу. Ряд таких правил сформулирован в религии. Одна из древних заповедей гласит: чего в другом не любишь, того сам не делай. В философской литературе мораль – форма общественного сознания, она регулирует поведение человека во всех сферах общественной жизни, поддерживая и санкционируя определенные общественные устои, строй жизни. Принципы морали не допускают исключений, они отражают глубинные слои бытия человека, его сущностные потребности. Мораль принадлежит к основным типам нормативной регуляции действий человека: право, обычаи, традиции, пересекается с ними и отличается от них. Моральные нормы воспроизводятся силой массовых привычек. Моральный авторитет не связан с официальными полномочиями, реальной властью и общественным положением, но является авторитетом духовным. Нормы морали получают идейное выражение в общих представлениях о том, как поступать. Мораль отражает целостную систему воззрений на социальную жизнь, содержащих в себе то или иное понимание сущности общества, истории, человека и его бытия. Поэтому господствующие в данный момент нравы и обычаи могут быть оценены моралью с точки зрения ее общих принципов, и моральное воззрение может находиться в критическом отношении к принятому образу жизни. В этих положениях зафиксировано то, что свойственно морали наряду с другими формами общественного сознания. Она не имеет официально принятых письменных установлений, ее нормы могут быть выражены в письменной форме, но складываются стихийно, отшлифовываются в общении людей и передаются устно из поколения в поколение. К специфике морали относится то, что регуляция поведения человека в обществе опирается не на государственное принуждение, а на общественное мнение, обычаи и традиции. Преимущественный субъект права – государство, высшая инстанция – суд; мораль не имеет специализированных учреждений, хотя при необходимости люди обращаются к нравственным оценкам, высказываемым в коллективной социальной структуре. 1.2 Отношения философов к проблеме власти и морали Платон является первым философом, изложившим в философском контексте вопросы политики и государственного устройства общества. В работе «Государство» он дает широкую панораму социальной структуры. Центральная проблема – вопрос о справедливости. Платон размышляет о том, что такое справедливость. «… Подлинный правитель имеет в виду не то, что пригодно ему, а то, что пригодно подвластному, так что всякий понимающий это человек вместо того, чтобы хлопотать о пользе другого, предпочел бы, чтобы другие позаботились о его пользе». Справедливость свойственна же не только отдельному человеку, но и целому государству. В политической философии Платона основное место занимает идеальное государство. В нем все слои общества чувствуют себя счастливыми, царствует справедливость. Он убежден, что богатство и бедность портят людей, выступал за единое государство. Платон считает, что в идеальном государстве должно быть четыре добродетели: мудрость, мужество, рассудительность и справедливость. Мудрость – принятие правителями здравых решений, мужество – сохранение определенного мнения в любых ситуациях. Мужество воспитывается с детства под воздействием законов. Рассудительность – «это власть над определенными удовольствиями и вожделениями…». Нельзя не обратить внимания на взаимоотношения правителей и народа в государстве. В идеальном государстве все граждане. Однако народ правителей называет «спасителями» и «помощниками», а правители народ называют «плательщиками» и «кормильцами», Учение Платона всегда находилось в центре внимания философов, занимавшихся философией политики. И здесь следует вспомнить Аристотеля. Платон исходит из единства государства, а Аристотель считает, что государство, стремящееся к единству, перестанет быть государством, ибо по природе оно – множество. Аристотель в работе «Политика», анализирует философские проблемы политического устройства общества. Он считает, что государство – общение, организуемое для блага граждан. Общение, состоящее из нескольких семей, – селение, а «общество, состоящее из нескольких селений, – вполне завершенное государство, достигшее самодовлеющего состояния и возникшее ради потребностей жизни, но существующее ради достижения благой жизни». Государство – продукт естественного возникновения. По утверждению Аристотеля, во всяком живом существе можно усмотреть две формы власти: господскую и политическую. «Душа властвует над телом, как господин, а разум над нашими стремлениями – как государственный муж». Одни люди по природе своей свободны, другие – рабы, им полезно и справедливо быть рабами. Аристотель не допускает равенства в управлении. Государство – совокупность граждан. Гражданами считает тех, «кто участвует в суде и народном собрании». Но гражданство зависит от государственного устройства. Но во всех государствах важно прекрасно подчиняться и властвовать.

Темы рефератов по истории и философии науки (по социально

Темы рефератов по истории и философии науки (по социально – гуманитарным направлениям)
37.06.01 – Психологические науки
  1. Представление о душе в трудах Платона и Аристотеля.
  2. Психологические представления в эпоху Средневековья.
  3. Развитие психологической мысли в эпоху Возрождения.
  4. Понятие сознания в рационалистической теории Р. Декарта.
  5. Понятие рефлексии в сенсуализме Дж. Локка.
  6. Возникновение и становление психологии как самостоятельной науки.
  7. Экспериментальная психология В. Вундта.
  8. Возникновение и развитие ассоциативной психологии.
  9. Функционализм В. Джеймса.
  10. «Теорияполя» К. Левина.
  11. Бихевиоризм Д. Уотсона.
  12. Гештальтпсихология и ее роль в возникновении и развитии
  13. когнитивной психологии.
  14. Психоанализ: история и современность.
  15. Психоанализ в России.
  16. Модификация глубинной психологии во второй половине ХХ века.
  17. Проблема социальной обусловленности сознания во французской социологической школе.
  18. Культурно-исторический подход в социологии.
  19. Понимающая психология В. Дильтея.
  20. Гуманистическая психология XX века.
  21. Когнитивная психология ХХ века.
  22. Теория поля К. Левина.
  23. Псхотерапевтическая теория личности В. Франкла.
  24. Гуманистическая теория личности К. Роджерса.
  25. Культурно-историческая теория психики Л.С. Выготского.
  26. Проблема психологии познания в трудах А.Р. Лурии.
  27. Психологическая теория деятельности А.Н. Леонтьева.
  28. Современная психология: разнообразие предметов изучения и направлений.
  29. Проблема развития методов психодиагностики.
  30. Развитие практической психологии образования в России в ХХ веке.
  31. Современная психологическая мысль в России.

 

38.06.01 – Экономика
  1. Сравнительный анализ экономических воззрений Древнего Востока и античного мира.
  2. Меркантилизм и форма генезиса экономической теории.
  3. Общая характеристика экономических воззрений физиократов.
  4. Марксизм и «Экономикс» о содержании и роли классической школы политической экономии.
  5. Роль А.Смита в развитии мировой экономической теории.
  6. Д.Рикардо как лидер английской классической школы.
  7. Специфика зарождения экономической мысли в России (XVI-XVIII вв.).
  8. Основные итоги и направления эволюции отечественной экономической мысли в XIX в.
  9. Современные дискуссии о содержании и значении экономического учения К.Маркса.
  10. Предшественники маржинализма в мировой экономической литературе XVIII – первой половины XIX в.
  11. Причины, ход и значение маржиналистской революции в экономической теории.
  12. Экономическое учение А. Маршалла. Теория микроэкономического анализа.
  13. Французская политэкономия ХХ века (С. Сисмонди, Ж. Б. Сэй, Ф. Бастиа).
  14. Английская политическая экономия ХХ века (Т. Мальтус, Д.Р. Мак-Куллох, Дж. Миль).
  15. Институционализм вебленовской традиции и неоинституционализм: сопоставление методологии, общей теории и практических выводов.
  16. Австрийская и неоавстрийская школа (конец XIX – XX вв.): развитие традиции.
  17. Теория общественного благосостояния В. Парето.
  18. «Кейнсианская революция»: причины, содержание, итоги.
  19. Основные школы кейнсианства во второй половине XX в.
  20. Монетаризм как главная форма неоклассической макроэкономики.
  21. Развитие неоклассической теории благосостояния в XX в.
  22. Теория «социального рыночного хозяйства» Л. Эрхарда и ее реализация.
  23. Дискуссии в экономической науке относительно соотношения плана и рынка (Л. Фон Мизес, Ф Хайек).
  24. Кризис экономической теории в XX в.
  25. Проблемы экономического воспроизводства в трудах М.И. Туган-Барановского.
  26. Теория межотраслевого баланса В. Леонтьева.
  27. Новейшие дискуссии об экономическом наследии В.И.Ленина.
  28. Концепция социализма в экономическом наследии Ленина и Сталина.
  29. Основные школы «политической экономии социализма» в СССР (1950-1980-е гг.).
  30. Борьба школ и направлений в отечественной экономической мысли (после 1991 г.).

 

39.06.01 – Социологические науки
  1. Марксистская традиция в социологической науке.
  2. Позитивистская социология О. Конта.
  3. Позитивистская социология Г. Спенсера.
  4. Классический период в развитии социологии: Э. Дюркгейм
  5. Классический период в развитии социологии: М. Вебер.
  6. Психологическая парадигма в социологии конца XIX – начала XX вв.
  7. Эмпирическая социология конца XIX – начала XX вв.
  8. Структурный функционализм в истории социологической науки.
  9. Социологические теории конфликта.
  10. Микросоциологические теории ХХ столетия.
  11. Теории среднего уровня и функциональный анализ Р. Мертона.
  12. Неофрейдистские концепции в европейской и американской социологии. З. Фрейд и неофрейдизм.
  13. Феноменологическая парадигма в социологии.
  14. Социальная теория Ю. Хабермаса.
  15. Этнометодология Г. Гарфинкеля.
  16. Конструктивистский структурализм Пьера Бурдье.
  17. Социология Э.Гидденса.
  18. Теория социальных систем Н.Лумана.
  19. Особенности постмодернистской социологии.
  20. Интегральная социология П. Сорокина.
  21. Зарождение и становление отечественной социологии
  22. Позитивизм в отечественной социологии
  23. Социология М.М. Ковалевского и Е.В. де Роберти
  24. Субъективная социология как самобытное направление в русской социологии.
  25. Анализ исторического процесса в трудах П.Л. Лаврова: движущие силы истории, механизмы солидарности.
  26. Развитие Н.К. Михайловским психологического подхода к изучению человека и общества.
  27. Неокантианская школа в русской социологии.
  28. Марксистская социология в России. Г.В. Плеханов, В.И. Ленин, Н.И. Бухарин.
  29. Социология в России и СССР после революционных событий 1917 года.
  30. Современная социологическая мысль в России.

 

40.06.01 – Юридические науки
  1. Политическая и правовая мысль в странах Древнего Востока.
  2. Правовая политика и законодательство афинской демократии.
  3. Эволюция социально-правового строя Древнего Рима.
  4. Развитие гражданского судопроизводства и юстиции Древнего Рима.
  5. Развитие частного права в Древнем Риме.
  6. Развитие уголовной юстиции и уголовного права в Древнем Риме.
  7. Кодификация римского права.
  8. Формирование правовых институтов феодального строя. «Варварские правды».
  9. Становление английского парламентаризма.
  10. Римское право в средневековой Европе.
  11. Городское право средневековой Европы.
  12. Каноническое право римской католической церкви.
  13. Эволюция социально-правового строя Византии.
  14. Особенности развития права в странах средневекового Востока.
  15. Становление международного права.
  16. Развитие английской юстиции и права в XVII-XIX вв. Habeas corpus Act.
  17. Формирование конституции Соединенных Штатов Америки. Билль о правах.
  18. Формирование судебно-правовой системы США. Становление американского права.
  19. Развитие права в Европе в период «просвещенного абсолютизма».
  20. Французская Декларация прав человека и гражданина.
  21. Формирование судебно-правовой системы в государствах Европы в Новое время.
  22. Французский Гражданский кодекс 1804 года.
  23. Основные черты европейского права Нового времени.
  24. Особенности развития права в России.
  25. Мусульманское право.
  26. Становление и развитие современных правовых систем.
  27. Правопонимание советского времени.
  28. Позитивистский нормативизм Г. Кельзена.
  29. Социологическая юриспруденция.
  30. Возрожденное естественное право.

 

41.06.01 – Политические науки и регионоведение
  1. История политологии как науки.
  2. Генезис политических идей в истории человеческой цивилизации.
  3. Элементы политологии в учениях древности.
  4. Религиозная, юридическая и социологическая традиции в развитии политической мысли.
  5. Идея божественного происхождения отношений власти и порядка в политической мысли Древнего Востока.
  6. Политическая мысль Античности.
  7. Учение Платона о совершенном государстве и разумном законе.
  8. Аристотель – основатель политической науки.
  9. Договорная концепция справедливости в учении Эпикура о государстве.
  10. Учение Полибия о формах правления.
  11. Учение Цицерона о государстве и его законах.
  12. Христианско-политические теории европейского Средневековья.
  13. Концепция государственной власти в учении Августина о «двух градах».
  14. Политическая мысль эпохи Возрождения.
  15. Политическая мысль эпохи Просвещения.
  16. Политические идеи Реформации (М. Лютер, Ж. Кальвин).
  17. Зарождение буржуазной политико-правовой мысли.
  18. Политология как самостоятельная наука у Н. Макиавелли.
  19. Формирование учения о гражданском обществе: Д. Локк, Б. Спиноза, Ш. Монтескье, И. Кант.
  20. Государственно-правовые взгляды А.Н. Радищева.
  21. Учение В.С. Соловьева о государстве.
  22. Марксистская теория политики.
  23. Государственно-политические воззрения В.И. Ленина.
  24. Развитие представлений о политике и государстве в советский период.
  25. Л. Гумплович: социологический подход к государству и политике.
  26. М. Вебер: теория государственной бюрократии.
  27. Э. Дюркгейм: теория социальной солидарности.
  28. Развитие политической науки в России.
  29. История политологии как учебной дисциплины.
  30. Основные концепции современной западной политологии.

 

42.06.01 – Средства массовой информации и информационно-библиотечная деятельность
  1. Ораторская проза и древнегреческая историография как прообразы публицистики.
  2. Формирование и развитие библиотек и их роль в общественной жизни государств.
  3. Формы публицистики в Древнем Риме. Римские протогазеты
  4. Ранняя христианская публицистика Римской Империи I-IV веков
  5. Устная и письменная публицистика западноевропейского Средневековья
  6. Изобретение книгопечатания. Протестантская и гуманистическая публицистика XV-XVI веков
  7. Рукописные предшественники периодических изданий и появление первых печатных европейских газет и журналов
  8. Английская и французская памфлетная публицистика XVII века
  9. Журналистика эпохи Просвещения
  10. Американская публицистика XVIII века
  11. Развитие журналистики во Франции и Германии в XVIII веке
  12. Журналистика и политическая жизнь Англии и Америки второй половины XVIII-начала XIX века
  13. Французская журналистика при Директории и во время правления Наполеона I
  14. Английская журналистика первой половины XIX века
  15. Американская журналистика 2 половины 19 века
  16. Становление и развитие радиовещания в зарубежных странах
  17. Антифашистская публицистика Второй мировой войны.
  18. Рождение и развитие телевидения в зарубежных странах.
  19. Развитие зарубежной журналистики после Второй мировой войны
  20. Основные тенденции и итоги развития отечественной журналистикиXVIIIв.
  21. Журналистика началаXIXвека и эпохи Отечественной войны 1812 г.
  22. Журналистика периода декабристского движения.
  23. .Русская журналистика во второй половине 1820-х годов и в 1830-е годы.
  24. Отечественная журналистика в 40-е годы XIXвека.
  25. Журналистика России 1860-1880-х гг.
  26. Российская журналистика 1890-х годов.
  27. Типология русской периодики начала ХХ века и политический спектр русской журналистики эпохи Первой русской революции
  28. Журналистика революции и гражданской войны (1917 – 1921 гг.). Журналистика 1920-х годов
  29. Журналистика эпохи тоталитаризма (1929 – 1930-е гг.)
  30. История новейшей отечественной журналистики второй половины XX века.

 

44.06.01 – Образование и педагогические науки
  1. Развитие педагогической мысли в Древней Греции.
  2. Педагогические идеи в Древнем Риме (Цицерон, Сенека, Квинтилиан).
  3. Образовательная и педагогическая мысль в эпоху Средневековья.
  4. Идеи воспитания в утопических сочинениях.
  5. Философско-педагогическая мысль в эпоху Возрождения.
  6. Педагогические концепции Ж.-Ж. Руссо, К. Гельвеция, Д. Дидро.
  7. Концепция развивающего и воспитывающего обучения Дистервега и Песталоцци.
  8. Педагогические идеи социальных учений второй половины XIX века (Р. Оуэн, Ш. Фурье, К. Сен-Симон).
  9. Марксистская концепция в педагогике.
  10. Отечественная педагогическая мысль XIX века.
  11. К.Д. Ушинский и его «Педагогическая антропология».
  12. Бихевиористская концепция в педагогике.
  13. Теория ожиданий В.Врума.
  14. Иррационально-эзотерическое направление философии образования
  15. Аналитико-рационалистическое направление философии образования.
  16. Критико-рационалистический подход: педагогика как прикладная социологическая дисциплина.
  17. «Теория нового гуманизма» Дж. Вильсона и Р. Кольберга.
  18. Прагматическая и неопрагматическая теории обучения У. Джеймса и Д. Дьюи.
  19. Школа диалога культур В.С. Библера
  20. «Гуманитарная» педагогика: педология.
  21. Экзистенциально-гуманистическая педагогика.
  22. Личностно-ориентированная концепция образования.
  23. Критико-эмансипаторская концепция образования.
  24. Теория и практика проблемного обучения (И.Я. Лернер, М.Н. Скаткин, М.И. Махмутов).
  25. Постмодернистская концепция образования.
  26. Основные подходы к педагогической деятельности в отечественной философии.
  27. Характеристика образовательного идеала в историко-педагогическом процессе.
  28. Проблема детства в педагогических концепциях: историческая ретроспектива.
  29. Формирование представлений о профессии учителя в историко-педагогическом процессе.
  30. Современная педагогическая мысль в России.

 

45.06.01 – Языкознание и литературоведение
  1. Основные античные концепции имени. Платон: имя и эйдос.
  2. Основные школы латинской грамматики.
  3. Александрийская школа (Филон, Климент, Ориген) и идея множественности смыслов.
  4. Полемика Оригена и Цельса по вопросу о происхождении имен.
  5. Вторая интенция, учение о знаках и способы анализа терминов в поздней схоластике.
  6. Культура Возрождения и новые акценты в герменевтике.
  7. Данте и проблема национальных языков.
  8. Ранняя протестантская герменевтика. Филологическая герменевтика в Германии рубежа XVIII – XIX веков: основные идеи.
  9. Языковедческие учения ХIХ века: проблемы языка и культуры.
  10. Бихевиоризм в парадигме лингвистических исследований.
  11. Герменевтические идеи в трудах В. Гумбольдта о языке.
  12. Основы лингвистической теории Ф. де Соссюра.
  13. Х.Г. Гадамер о природе языка в «Истине и методе».
  14. Эволюция смыслов концепций универсального языка (Р. Декарт, Г. Лейбниц, А. Вежбицкая).
  15. Истоки сравнительно-исторического языкознания.
  16. Особенности отечественных лингвистических исследований в советский период.
  17. Современная лингвистика: основные направления и концепции (по материалам публикаций за последние десять лет).
  18. Теоретические проблемы современного литературного процесса (по материалам публикаций за последние десять лет).
  19. Отечественное языкознание в XIX веке.
  20. Основные положения историко-сравнительного литературоведения в ХIХ–ХХ веках.
  21. Концепция деконструкции, языка и текста в постмодернизме (на примере сочинений Ж. Дерриды и Ж.-Ф. Лиотара).
  22. Аналитические концепции философии языка (Г. Райл, П. Стросон, Д. Остин).
  23. Американский структурализм.
  24. Оценка М. Хайдеггером концепции языка, разработанной В. Гумбольдтом.
  25. Основы современной социолингвистики.
  26. Психолингвистические основания языконания.
  27. Развитие представленийо лингвокультурологических основаниях перевода.
  28. Основные категории современной теории лингвокультурной коммуникации.
  29. Развитие методов лингвистических исследований.
  30. Современная деятельностная концепция в эпистемологии и деятельностное понимание языка В. Гумбольдтом.

 

46.04.01 – Исторические науки и археология
  1. Историческая мысль в античной (Полибий), древнекитайской (Сыма Цянь) и средневековой (Августин) культурах.
  2. Провиденциализм как теоретическая основа исторических произведений Средневековья.
  3. Развитие исторической науки в эпоху Возрождения.
  4. Histories Apodexis как стадия развития исторической науки
  5. Формирование истории в ее классической форме.
  6. Позитивистская традиция в концептуализации истории исторической науки.
  7. Философско-исторические взгляды Т. Гоббса.
  8. Концепция прогресса в развитии исторической науки.
  9. Становление теорий исторического процесса.
  10. Философия истории Г.В.Ф. Гегель и ее влияние на развитие исторической науки.
  11. Гегельянство как основа исторической концепции С.В. Соловьева.
  12. Позитивизм и неокантианство в исторических трудах С.О. Ключевского.
  13. Марксистская материалистическая доктринах в трудах историков начала XX столетия.
  14. Дискуссии об общественно-экономических формациях в советской исторической науке.
  15. Особенности аналитической философии истории (К. Поппер, К. Гемпель).
  16. Социально-политические условия развития исторической науки в первой половине ХХ века.
  17. «Морфология культуры» О. Шпенглера как концептуальное основание моделей исторического процесса.
  18. А. Тойнби и его философия истории («Исследование истории»).
  19. К. Ясперс. «Смысл и назначение истории»: место и роль человека в истории.
  20. Б. Кроче. «Теория и история историографии»: соотношение жизни и реальности.
  21. Историческая концепция Л.Н. Гумилева. Проблема евразийства.
  22. Проблемы генезиса русского феодализма в советской исторической науке.
  23. «Новая историческая наука»: парадигмы и концептуальные особенности.
  24. Концепции цивилизации в отечественной историографии.
  25. Концепции цивилизации в западной историографии.
  26. Модели модернизации в освещении российской историографии.
  27. Модели модернизации в освещении западной историографии.
  28. Проблема специфичности исторического пути России.
  29. Историческое сознание и историческая наука в ситуации постмодернизма.
  30. Особенности развития истории во второй половине ХХ века.

 

47.06.01 – Философия, этика и религиоведение
  1. Философия Древней Индии. Общая характеристика.
  2. Философия Древнего Китая. Основные школы.
  3. Атомистический материализм.
  4. Феномен Сократа в философии.
  5. Энциклопедическая философия Аристотеля.
  6. Ранний период схоластики: основные проблемы, спор об универсалиях.
  7. Философские и политико-правовые взгляды Фомы Аквинского.
  8. Поздний период схоластики. Философские взгляды Уильяма Оккама.
  9. Философская мысль эпохи итальянского Гуманизма и Возрождения.
  10. Р. Декарт — основоположник философии Нового времени.
  11. Проблема субстанции в западноевропейской философии XVII в.
  12. Рационализм и сенсуализм в западноевропейской философии XVII в.
  13. Учение Д. Беркли и Д. Юма. Сравнительный анализ концепций.
  14. Философия французского Просвещения XVIII в.: материалистические учения (Дидро, Гольбах, Гельвеций, Ламетри).
  15. Этическое и политико-правовое учение И. Канта.
  16. Гегелевское учение о диалектике. Диалектика и метафизика.
  17. Социокультурные условия и теоретические источники марксистской философии.
  18. Философия П. Я. Чаадаева и западничество.
  19. Учение В.И. Вернадского о ноосфере и её значение для современности.
  20. Современная историография русской философии (дискуссионные проблемы).
  21. Оценка русской философии в зарубежной историографии.
  22. М. Хайдеггер и экзистенциализм – сходство и пути размежевания
  23. М. Хайдеггер и Г. Гадамер – два проекта философской герменевтики.
  24. П. Рикёр – синтез феноменологии и герменевтики.
  25. Лингвистическая философия – основные проблемы.
  26. Специфика анализа науки в постпозитивизме.
  27. Эволюция воззрений М. Фуко: от археологии до генеалогии.
  28. Идеи деконструкции в современной философии.
  29. Социальная теория постмодернизма и ее критики.
  30. Информационное общество в современной философской теории.

 

49.06.01 – Физическая культура и спорт
  1. Теории возникновения и развития спорта.
  2. Физическая культура в странах Древнего Востока (Египет, Ассирия, Вавилон, Индия, Китай и др.).
  3. Гимнастика и агонистика в культуре Древней Греции.
  4. Физическое воспитание девушек в Древней Греции, его особенности.
  5. Значение исторического опыта древнегреческих Олимпийских игр.
  6. Пифийские, Истмийские, Немейские и др. соревнования Древней Греции, их значение.
  7. Физическая подготовка в римской армии.
  8. Цирковые зрелища Рима, их значение в жизни общества.
  9. Физическая подготовка в гладиаторских школах Рима.
  10. Физическое воспитание в Греции и Риме (сравнительный анализ).
  11. Физическая культура и спорт горожан (средние века).
  12. Физическое воспитание средневековых рыцарей.
  13. Ф. Рабле и М. Монтень о воспитании.
  14. Пьер де Кубертен и его роль в создании МОК.
  15. История создания Международного олимпийского комитета.
  16. Олимпийская хартия: основополагающие принципы.
  17. Атрибутика Олимпиад: символ, флаг, клятва, огонь, хартия, талисман.
  18. Реформы Петра 1 и физическая культура в России.
  19. Советская концепция развития спорта и физической культуры
  20. История создания организации скаутов в России до.
  21. Российские спортсмены в международном олимпийском движении до 1917 года.
  22. История Игр доброй воли.
  23. История зимних Олимпийских игр.
  24. История летних Олимпийских игр.
  25. История развития Паралимпийского движения.
  26. Виды спорта на Олимпийских играх (по выбору аспиранта).
  27. Современный международный спорт: вид спорта, организация и соревнования.
  28. Региональные соревнования, их значение для развития спорта.
  29. Соревнования по неолимпийским видам спорта.
  30. Российские спортсмены в современном международном олимпийском спорте.

На нашем сайте используются cookie-файлы и другие аналогичные технологии. Если, прочитав это сообщение, вы остаётесь на нашем сайте, это означает, что вы не возражаете против использовании этих технологий.

Принять

Политическая философия Макиавелли (Реферат) – TopRef.ru

Содержание

Введение

1. Биография Никколо Макиавелли.…………………….…………………….………..……4

2. Политиче­ский опыт прошлых веков…………………………………..…………………..7

3. Роль религии в политике …..………………………………………………………………..9

4. Политика и мораль…………………………………………………………………………..11

5. Макиавелли и макиавеллизм………………………………………………………………13

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Со времен существования организованного общества многие пытались давать те или иные определения обществу, власти, виду управления и подчинения и основным процессам, протекающим в жизни государства. Многие века человечество изменялось: менялась жизнь, общество, представления об этике и морали, доступности и ограниченности свободы и действий, о власти немногих и большинства, о том, кто должен править, а кто подчиняться. Эволюция политической мысли принимала различные формы и виды. Строились новые теории и исчезали старые, не отвечающие существующим нормам политического права; защищались или отрицались мнения и утверждения мыслителей и претворялись в жизнь, либо навсегда оставались в безвестности, идеи политических деятелей. Механизмы политической власти за долгое время существования цивилизаций прошли многоуровневую систему проб и ошибок, на практике показав все свои плохие и хорошие стороны, полезные и абсолютно ненужные качества.

У истоков общества стояли выработанные скорее природой, а не планомерной человеческой мыслью, правила подчинения физической силе, организации вертикали власти с позиции примитивного, но действенного вождизма. Социальная дифференциация, расслоение общества, выделение знати, как основы единоличной власти или управленческого аппарата – всё это способствовало постепенному и закономерному формированию, укреплению и перерастанию в традицию (впрочем, не всегда себя оправдывавшую) монархической власти. Лидер, вождь, деспот, тиран, царь или король, обладая практически безграничными возможностями в своем государстве, мог вести любую политику и вершить дела по личному усмотрению, не опираясь при этом ни на многочисленных советников, которых всегда хватало при дворе обличенных властью; ни на народ, пребывавший в постоянном страхе перед наказанием, неминуемым за неподчинение. По повелению Его Величества начинались и заканчивались войны, строились и разрушались города, рождались и умирали люди. Из века в век наука управлять передавалась потомкам великих, храня традиции и добавляя что-то новое.

Но что же такое наука управлять государством? Многие задумывались над этим. В древней Греции, где полис стал основой общества, осью государственности, Аристотель и Платон – проповедники демократической мысли, считали демократию лучшей из форм правления, предоставляющую свободу людям самим устраивать жизнь. Руссо развил эту теорию, расширив рамки определения представительной демократии, снова отдавая исполнительную власть в руки монарха либо ограниченному кругу лиц. Правление народом, как основы существования государства, признавали все политики и государственные деятели прошлого и в некоторой, гораздо более мягкой степени, настоящего времени. Неуправляемая толпа – самый главный враг государства. Даже анархистское общество не способно появиться и просуществовать достаточно долго без оформления лидера и некой власти, которой рано или поздно придется подчиниться. Но как же направить власть в нужное русло, ведь иначе все труды будут напрасны, а власть потеряет устойчивость. Одним из первых, рассмотревших этот вопрос с научной точки зрения, применив свой опыт и практические знания всей истории существования государств, был Никколо Макиавелли.

Его труды по-разному оценивались современниками и исследователями нашего времени, но за пять веков они отнюдь не потеряли интереса к себе и не утратили актуальности. Управлять ли государством с позиции силы или использовать более либеральные подходы, как вести себя во внешней политике, общаясь с соседними государствами, как устраивать армию и казначейство, как процветать и добиваться могущества во всех сферах деятельности – все эти аспекты чрезвычайно подробно рассматривал и указывал в своих работах Макиавелли. В современном мире эти вопросы, безусловно, уже хорошо проработаны и имеют вид вполне определенный с позиций устоявшихся политических норм. Однако для того чтобы понять, что есть государство теперь и каким оно было, какие эволюционные ступени госаппарата оставили четкие следы в устройстве современных государств, нужно знать труды Макиавелли.

1. Биография Никколо Макиавелли

Для того чтобы лучше понять истоки идей Макиавелли необходимо взглянуть на его богатую биографию, ведь только благодаря большому политическому опыту он смог ознакомить весь мир со своими трудами.

Никколо Макиавелли (1469 – 1527 принадлежал к обедневшей семье, происходившей из среды городского нобилитета и иг­равшей в свое время определенную роль в политической жизни Флорентийской республики. Отец его был юри­стом, доходы семьи были самыми скромными и не позво­лили юному Никколо получить университетское образо­вание. Но выросший в кругу флорентийской гуманистической интеллигенции, он достаточно хорошо изучи латынь, чтобы свободно читать древних авторов. С юных лет преимущественный интерес к политике, к современ­ной политической жизни определил и круг его чте­ния – это прежде всего творения историков классиче­ской древности, воспринимаемые не с позиций ученого-эрудита, а в качестве материала для политического ана­лиза, учебника политики. Для формирования мировоз­зрения Макиавелли характерно, что ему остались чуждыми отвлеченные размышления флорентийских неоплатоников, равно как и схоластическая наука университетов. Зато весьма показательно, что в молодости он не только внимательно прочитал, но и собственноручно тщательно переписал для себя выдающийся памятник античного философского материализма – поэму Лук­реция «О природе вещей».Уже к середине XIII века, когда Флоренцию разрывали распри между гвельфами и гибеллинами, они встали на сторону народа и с тех пор всегда считались «добрыми полонами». Никто из предков Никколо ничем особенным себя не прославил. Богатства они тоже не нажили. «Я родился бедным – скажет потом Макиавелли – и познал тяготы нужды прежде, чем радость жизни»(1). Однако родители смогли дать своему сыну блестящее классическое образование, пусть даже финансовое положение семьи и не позволило пройти университетский курс. Один из историков заявил, что Макиавелли надо было благодарить судьбу, уберегшую его от университетов того времени. Именно в этих «очагах знания» как нигде сильны были средневековые традиции, и вряд ли сухая схоластика очень обогатила бы ум. Хотя, наверное, даже университет не убил бы в Никколо Макиавелли живости ума и души.

Никколо повезло и еще в одном – в его семье было принято нередкое в то время свободное отношение к религии и Церкви. Даже мать его не была набожной. Наверное, именно это помогло Макиавелли впоследствии реально, а то и критически оценивать роль церкви в жизни Италии.

В 1498 году, когда ему было 29 лет, он был избран на должность секретаря второй канцелярии Сеньории. Эта должность дала возможность приобрести тот «большой опыт дел нашего времени», без которого он никогда не стал бы Макиавелли. Он оказался в самом центре современной политической жизни, и это ему очень нравилось. Флоренция, во главе которой с 1502 года стоял пожизненный гонфалоньер Пьеро Содерини, быстро оценила острый ум, наблюдательность и неутомимость будущего автора «Рассуждений о первой декаде Тита Ливия».

В течение 13 лет Макиавелли посылали с самыми ответственными и вместе с тем наиболее деликатными миссиями. Он был не послом республики, а её политическим агентом. Лучшего агента не было, кажется, ни у одного правительства. Впрочем, иногда Макиавелли философствовал и пытался давать советы. Тогда его вежливо одергивали: «Ваш вывод чрезмерно смел – упрекал Макиавелли его приятель и сослуживец Биаджо Буанаккорси, – излагайте точнее факты, а принимать решение предоставьте другим»(1). Пьеро Содерини бесконечно доверял Макиавелли, но он считал его слишком большим фантазером и мечтателем.

В 1502 году Макиавелли побывал в Ареццо, вскоре после того, как в Вальдикьяне было подавлено антифлорентийское восстание, поднятое людьми Чезаре Борджа. В том же году он получил возможность лично познакомиться с этим тогда уже легендарным человеком. Наблюдения над действиями Чезаре Борджа, а также мысли, вывезенные Макиавелли из Ареццо, легли в основу двух литературно-политических очерков: «Описание того, как избавился герцог Валентино (в то время Борджа чаще звали герцогом Валентино) от Вителлоцо Вителли, Оливеротто да Фермо, сеньора Паоло и Герцога Гравина Орсини» и «О том, как следует поступить с восставшими жителями Вальдикьяны». По жанру их, пожалуй, лучше отнести к эссе. В них Макиавелли не только не стесняется делать смелые философские выводы, впервые формулируя понимание политического искусства как гуманистического подражания древним, но и в какой-то мере искажает факты, стремясь типизировать и по-ренесансному идеализировать описываемые исторические события и характеры – придать им максимальную эстетичную выразительность. «Опыт о Вальдикьяне» предвещал историческую концепцию «Рассуждений о первой декаде Тита Ливия». В нем, а ещё больше в «Описаний», содержалось «зерно» того мифологизированного образа Чезаре Борджа, который возникает затем в «Государе».

Во всех своих произведениях 1502-1512 годах Макиавелли старался не покидать позиций традиционной флорентийской демократии. Однако ради укрепления мощи республики он уже тогда считал оправданными самые крайние меры. В сочинении «О том, как следует поступить с восставшими жителями Вальдикьяны» давалось достаточно жесткая формула действий по отношению к тем союзникам Флоренции, которые, отделившись от нее, вздумали бы отстаивать собственную свободу и независимость. «Либо – либо» – это уже стиль мышления зрелого Макиавелли. Впоследствии он не раз говорил о губительности «средних путей» и политических компромиссов.

Считая, что политики Флорентийской республики должны учиться смелости и решительности у людей вроде Чезаре Борджа, Макиавелли ещё надеялся, что Флоренция сможет обойтись без диктатуры, как он выражался «нового государя», то есть не просто тирана, а истинно народного вождя и лидера. В 1504 году ему ещё очень хотелось верить в возможность превратить Флоренцию в сильное государство, не производя насильственных преобразований в её политическом строе. Путь к этому Макиавелли усматривал в замене наемных отрядов регулярной «национальной гвардией», вербуемой из сводных граждан свободной республики. Но эти предположения рухнули, когда созданная Макиавелли в 1512 году, для защиты от экспансии папы Юлия II, милиция разбежалась при первом натиске противника. Трусость флорентийских ополченцев под Прато доказала Макиавелли не ложность его военных теорий (они будут в последствии развиваться и в его «Рассуждениях», и в диалогах «О военном искусстве»), а насущную необходимость серьёзных преобразований в политической и социальной структуре Италии и прежде всего, конечно, Флоренции.

Впоследствии размышляя, что погубило в 1512 году республику, Макиавелли всегда приходил к выводу, что главным злом была не военная слабость Флоренции, а нежелание мягкого и гуманного Пьеро Содерини прибегнуть к «экстраординарной власти и разорвать законы гражданского равенства» ради подавления внутреннего врага – верхушки «жирного народа», жаждавшего реставрации кардинала Медичи, поддерживаемого Папой. Вот тогда-то мысли Макиавелли снова вернулись к образу Чезаре Борджа. В надежде, что новый правитель Флоренции будет более решителен, Макиавелли, отстраненный от дел политических, пишет произведение-послание Лоренцо Медичи – «Государь», в котором излагает, каким должен быть правитель, дабы не повторить судьбы Пьеро Содерини и достичь процветания своего государства. На первый взгляд «Государь» является своеобразным руководством по управлению государством. Причём как в любом хорошем руководстве автор приводит примеры наиболее часто совершаемых ошибок и их возможных последствий, рассматривает оптимальные пути достижения желаемой цели, и этот труд интересен уже с точки зрения удачного сочетания богатого личного опыта с глубоким анализом соответствующих теме античных источников. Для своего времени безусловно необычен и нов подход к политике как к ещё одной отрасли человеческого знания.

Политическая философия Макиавелли. – Реферат

Основная часть (выдержка)

1 Макиавелли. Историческая справка

Никколо Макиавелли (1469-1527) – итальянский политический мыслитель, основатель светской политической науки. Широкое распространение получил термин “макиавеллизм”, под которым понимается тактика вероломного захвата власти, диктатура личной власти, авантюристическая внешняя политика тайных сговоров, обмана союзников, лицемерие и цинизм; все может быть выражено девизом: “цель оправдывает средства” [6, c. 34].

Политические позиции и воззрения Макиавелли отражали конкретно-историческую обстановку того времени. В условиях раздробленной Италии XVI в. необходимы были, по мнению Макиавелли, и жесткая диктатура власти, и насилие в отстаивании идеалов республики, и использование иных мер, которые в другие времена были бы неоправданны.

На этапе ранне-буржуазного развития политика, как и другие сферы общественной жизни, начинает осознаваться как особая и крайне важная сфера человеческой деятельности. Ренессансные концепции общества и государства отрывались от своей теологической основы, бывшей господствующей в средние века. Одним из первых, кто откликнулся на политику как самостоятельную сферу жизни общества, был Макиавелли.

Мыслитель из Флоренции в своих произведениях фокусирует один из критических моментов гуманистической традиции – момент преодоления синкретизма Возрождения. Так, из человеческих мотивов поведения на первое место выносятся два: страсть к приобретению (собственничество) и честолюбие (чувство собственного достоинства). Эти два интереса, первый из которых является преобладающим, учитываются не только при анализе поведения отдельных личностей, но и поведения широких масс. Деятельность собственника дистанцируется от деятельности власть имущих, но последние продолжают сохранять свою опеку. “Он (государь) должен побуждать граждан спокойно предаваться торговле, земледелию и ремеслам, чтобы одни благоустраивали свои владения, не боясь, что эти владения у них отнимут, другие – открывали свою торговлю, не опасаясь, что их разорят налогами; более того, он должен располагать наградами для тех, кто заботится об украшении города или государства” [3, c. 78] .

Еще более определенно Макиавелли отделял политику от религии и морали. Им было положено начало секуляризации политической мысли, ее освобождению от теологии. В своем взгляде на соотношение церкви и государства он резко расходился со средневековыми представлениями и ставил религию на службу государству, а не государство на службу религии.

2 “Государь” Макиавелли

“Первая задача – понять произведение так, как понимал его сам автор, не выходя за пределы его понимания. Решение этой задачи очень трудно и требует обычно привлечения огромного материала.

Вторая задача – использовать свою временную культурную вненаходимость. Включение в наш (чужой для автора) контекст”.

Как уже говорилось выше, основное произведение Макиавелли “Государь” и сегодня является настольной книгой для многих политических деятелей, служит своеобразным сводом правил политического властвования.

Непосредственно Макиавелли занимают свойства чистой индивидности. Именно в них – как в неустранимое условие – упирается решение его прикладной задачи. Индивид как субъект исторического действия и он же как “универсальный человек”, который должен ссохнуться до “государя”, – это как-никак один и тот же индивид. Обычный политик – конкретный “этот” – ограничен своей отдельностью; он, скажем, по природе склонен действовать или обдуманно, медлительно, осторожно, или напористо и безоглядно. Между тем выясняется, что лучше всего, если правитель был бы человеком, который способен вести себя и так, и этак, и по-всякому, т. е. меняться по обстоятельствам, поступать, как он считает нужным, – и в этом смысле преступать границы своей природы, с ее единичностью и готовностью, быть творцом самого себя. Его-то Макиавелли, как известно, и воображает, описывает, ожидает, о нем возвещает в трактате о “Государе”. Лишь такой человек может стать великим политиком и спасителем Италии.

“Индивидуализм” Макиавелли не имел внутренних, духовных проблем, все проблемы Государя – во внешнем мире.

Возрождение еще не знало понятия личности, но оно его подготавливало вплотную. Основанием предощущения личности послужили концепции гуманистического диалогизма и “варьета”. Свернутые внутрь индивида, они дали в высшей степени парадоксальную концепцию “универсального человека”, т. е. своего рода ренессансного человека без свойств, индивида в качестве собственной возможности. Это и было нечто вроде первого фантастического наброска идеи личности.

3 Понятие “макиавеллизма”

Макиавеллизм – образ, схема политического поведения, пренебрегающая нормами морали для достижения политических целей. Отличительной особенностью макиавеллизма, его основанием является тезис: “цель оправдывает средства”, когда ради достижения поставленных целей считаются оправданными и приемлемыми любые средства, включая вероломство, коварство, жестокость, обман политического противника [6, c. 67].

Главным механизмом борьбы за власть и ее осуществлением является сила. Именно сила позволяет гарантировать стабильность власти, а при ее утрате трудно возвратить власть. Основа власти государя – хорошие законы и хорошее войско. Страсть к завоеваниям – дело естественное и обычное, а “крепкая и решительная власть никогда не допустит раскола”. Макиавелли довольно подробно описывает правила, которыми руководствуется государь в зависимости от обстоятельств и времени правления, стадий борьбы за власть и пользования властью.

4 Макиавеллизм и современность (проблемы мотивации лидеров)

Конкретные исследования показывают, что властолюбие или карьеризм далеко не всегда являются единственными или главными движущими силами вхождения человека в политику и его дальнейшей деятельности в данной сфере. Политики, воплощающие подобную мотивацию, так сказать, в “чистом”, законченном виде, обычно легко распознаются общественным мнением (или хотя бы наиболее проницательной его частью) и как бы выделяются им в особую категорию. Таких деятелей отличают явные черты поведения: цинизм, вероломство, неразборчивость в средствах, жестокость. В политологии и политической психологии их относят к макиавеллическому типу лидеров (по имени флорентийца Никколо Макиавелли, рекомендовавшего в XVI в. именно такую линию поведения современным ему властителям).

политическая философия | Определение, история, теории и факты

Политическая философия , отрасль философии, которая занимается на самом абстрактном уровне концепциями и аргументами, связанными с политическим мнением. Значение термина политический само по себе является одной из основных проблем политической философии. В широком смысле, однако, можно охарактеризовать как политические все практики и институты, связанные с правительством.

Центральная проблема политической философии состоит в том, как развернуть или ограничить государственную власть, чтобы сохранить выживание и повысить качество человеческой жизни.Как и все аспекты человеческого опыта, политическая философия обусловлена ​​окружающей средой, объемом и ограничениями разума, и ответы, даваемые последовательными политическими философами на извечные проблемы, отражают знания и предположения своего времени. Политическая философия, в отличие от изучения политической и административной организации, носит скорее теоретический и нормативный характер, чем описательный. Это неизбежно связано с общей философией и само по себе является предметом культурной антропологии, социологии и социологии знания.Таким образом, как нормативная дисциплина она занимается тем, что должно, исходя из различных предположений, быть и как эта цель может быть достигнута, а не описанием фактов, хотя любая реалистическая политическая теория обязательно связана с этими фактами. Таким образом, политического философа волнует не столько, например, как работают группы давления или как с помощью различных систем голосования принимаются решения, сколько то, какими должны быть цели всего политического процесса в свете конкретной философии. жизни.

Таким образом, существует различие между политической философией, которая отражает мировоззрение последовательных теоретиков и требует оценки их исторических условий, и собственно современной политической наукой, которая, поскольку ее можно назвать наукой, является эмпирической и описательной. . Однако политическая философия – это не просто непрактичные спекуляции, хотя она может порождать крайне непрактичные мифы: это жизненно важный аспект жизни, который, добро или зло, имел решающие результаты в политических действиях, если исходить из предположений. Очевидно, что политическая жизнь должна влиять на то, что происходит на самом деле.Таким образом, политическую философию можно рассматривать как одну из важнейших интеллектуальных дисциплин, поскольку она устанавливает стандарты суждения и определяет конструктивные цели использования государственной власти. Такое рассмотрение целей, для которых следует использовать силу, сегодня в некотором смысле более актуально, чем в предыдущие периоды, поскольку человечество имеет в своем распоряжении силу либо создать мировую цивилизацию, в которой современные технологии могут принести пользу человечеству, либо принести пользу. уничтожить себя в погоне за политическими мифами.Таким образом, возможности политической философии огромны, и срочно необходимо прояснить ее цель и ограничения – это действительно аспект выживания цивилизации.

Несмотря на этот уникальный аспект современной ситуации, и хотя древние политические философии были сформулированы в совершенно разных условиях, их изучение по-прежнему освещает жизненно важные вопросы сегодня. Вопросы, касающиеся целей правительства, оснований политических обязательств, прав отдельных лиц против государства, основ суверенитета, отношения исполнительной к законодательной власти, а также природы политической свободы и социальной справедливости, задавались и получали ответы во многих случаях. пути на протяжении веков.Все они имеют фундаментальное значение для политической философии и требуют ответов с точки зрения современных знаний и мнений.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

В этой статье описывается, как на эти вопросы задавали и отвечали представительные и влиятельные политические философы на Западе, начиная с греко-римской античности и заканчивая Средневековьем, ранним Новым временем и 19, 20 и началом 21 веков. За столь долгий период времени исторический контекст этих формулировок глубоко изменился, и понимание избранных политических философов требует некоторого объяснения их происхождения.Из-за нехватки места только политические философы выдающейся важности были полностью описаны, хотя вкратце обсуждаются и многие второстепенные фигуры.

Должны ли философы быть политическими или аполитичными? – Захари Фрулинг

Философия служит нескольким целям. Для некоторых философия является первичной педагогической , с упором на абстрактное мышление, истину как таковую, знание природы реальности и причин вещей и сократовское самосовершенствование в форме открытого исследования, познания себя. собственное невежество и готовность добросовестно следовать веским доводам и веским аргументам, куда бы они ни привели вас.

Для других, однако, философия в первую очередь политическая , с акцентом на формирование и формирование общества с использованием инструментов разума с целями справедливости, равенства, свободы, представительства и других разнообразных политических целей, слишком многочисленных, чтобы упоминать здесь. Учитывая эти частично совпадающие и часто конкурирующие цели философии как дисциплины, может быть трудно сказать, каково правильное отношение философии к политике. И действительно, разные философы в истории философии находились где-то в диапазоне между более политическими или менее политическими (т.е., будучи аполитичным ).

Хотя многие философы в истории философии писали по широкому кругу тем, от абстрактных и метафизических до практических и политических, отношения между философией и политикой как таковые изменились с течением времени и с различными движениями в истории философии. философия. Несмотря на то, что Платон и Аристотель написали некоторые из своих величайших трудов по политической философии, такие как « Республика » Платона и «Политика » Аристотеля, соответственно, можно утверждать, что главные цели философов в классический период были в первую очередь педагогическими, а не политическими.Платоновская Республика была предназначена, прежде всего, для воспитания философов и только во вторую очередь для влияния на практическую политику того времени в Афинах. Точно так же политические работы Аристотеля были связаны как с воспитанием добродетели, так и с попытками превратить афинское общество в то, чем оно не было.

Однако кое-что изменилось в Новое время. Философы рассматривали свою работу не только как чистую философию как таковую, но и как инструмент активного формирования и формирования общества.Быть философом в современный период было в некотором смысле политическим актом. Великие политические работы Нового времени, от Томаса Гоббса «Левиафан » до «Второго трактата о правительстве» Джона Локка и Жан-Жака Руссо «Общественный договор », не были абстрактными политическими трактатами, а сами были речевыми актами в письменной форме. с явной целью формирования и изменения политической реальности человеческого общества в соответствии с требованиями человеческого разума и взглядами их авторов на человеческую природу и справедливое общество.

Этот политический поворот в современной философии продолжился в различных философских движениях 20-го века, от экзистенциализма до структурализма и постструктурализма, от критической теории до феминизма. Цель философии 20-го века заключалась не в абстрактных рассуждениях, а в том, чтобы изменить человеческое общество и весь мир к лучшему или, по крайней мере, так, чтобы это было более совместимо с высшими целями и задачами человечества.

Для древних философия была более эксклюзивной, подходящей только для тех, кто обладал врожденным философским темпераментом (для Платона) или для тех, кто имел достаточную подготовку в области рассуждений и практического решения проблем (для Аристотеля).Однако в Новое время и в последующий период философия стала более эгалитарной, необходимой чертой справедливого общества и его членов на всех уровнях и в социальном положении. Все мы разумные существа, как утверждал Иммануил Кант. И если философия постмодерна отвергает особое место человеческой рациональности и объективности, она сохранила политические цели и задачи равенства и справедливости, социальной справедливости или чего-то еще, разделяемые их предшественниками из классики и эпохи Просвещения.

Совершенно не ясно, однако, что стремление к философии должно сделать ipso facto еще одним политическим.Несмотря на то, что великие философы классической эпохи писали философские труды, казалось, что они довольны практикой философии с внутренним или эзотерическим фокусом вместо внешнего или экзотерического . В то время как некоторые философы, такие как Пифагор, пытались сохранить свое философское искусство и открытия в секрете, в каком-то гностическом или культовом смысле, предназначенном только для членов внутреннего круга с повышенным пониманием и привилегированным доступом, даже Платон и Аристотель имели свои собственные внутренний круг, с которым они практиковали философию изо дня в день, что удивительно перевернуло и контрастировало с более публично видимой уличной философией Сократа.

Итак, хотя Платон писал об идеальном обществе в республике , в некотором вымышленном / утопическом (то есть «без места») смысле, он, казалось, также принимал тот факт, что только те, кто обладает врожденным философским темпераментом, когда-либо поймут природу. справедливости в любом случае. Следовательно, Платон, казалось, считал, что попытки изменить все общество к идеальному состоянию, культивировать подлинное понимание справедливости среди масс или в их лидерах или использовать разум как саму основу или основу для человеческого политического общества.Платон, таким образом, оставался политическим прагматиком, даже несмотря на свой философский идеализм и рационализм, что делало его ближе к своему ученику Аристотелю по философскому темпераменту, чем это обычно признается или принимается сегодня.

Итак, возвращаясь к исходному вопросу, каковы правильные отношения между философией и политикой. Должны ли мы стремиться к пониманию справедливости, но держать это знание при себе, как, казалось, делали древние философы? Должны ли мы пытаться перестроить или изменить все общество в соответствии с человеческим разумом, как стремились сделать современные философы? Должны ли мы отказаться от наших поисков рациональности и объективности, но сохранить цели справедливости и равенства, как, казалось, делали мыслители 20-го века? Должны ли мы быть радикальными личностями, пытающимися сформировать все общество по нашему собственному образу, как утверждали экзистенциалисты вроде Жан-Поля Сартра (или что мы, , должны сделать )? (См. Экзистенциализм – это гуманизм Сартра.)

Все эти подходы к отношениям между философией и политикой по своей сути являются политическими в той или иной форме. Но можно взглянуть на философию и в другом, более аполитичном направлении. Можно столь же правдоподобно утверждать, что философия с ее равным акцентом на абстрактном и метафизическом должна вести к политической бескорыстности и аполитичности. В конце концов, пытается ли кто-то понять природу самой реальности или сосредоточен ли он на улучшении своего индивидуального характера, политическая вовлеченность – это скорее отвлечение от этих целей, больше препятствие, чем помощь в культивировании подлинная философская добродетель и темперамент.

Таким образом, между философами существует настоящее разногласие относительно того, должна ли философия быть более публичной или более частной, более внешней или более внутренней, более практичной или более идеалистической, более экзотерической или более эзотерической, более политической или более педагогической по своему охвату и цель. Я сам обычно становился более аполитичным, чем политически вовлеченным, и этот факт обо мне вызывал много критики со стороны моей когорты коллег-философов, более социально или политически мотивированных.

Однако в этом нет ничего нового. Даже Сократа критиковал Аристофан за то, что он слишком запутался в облаках, был совершенно непрактичным софистом и интеллектуальным обманщиком и недостаточно вовлечен в практические дела, которые большинство людей считают действительно важными делами в обществе (см. Облака ). Аристофана). И, конечно же, Фалес перед ним однажды упал в колодец, потому что он смотрел на небо, а не на землю перед ним, когда он шел по жизни.

Должны ли философы с менее политическим темпераментом и более абстрактным мышлением всегда считаться непрактичными мыслителями, которым нечего предложить? Есть ли в неотъемлемая ценность в том, чтобы задавать вопросы о самой реальности, об онтологии, о причинно-следственных связях, даже об этике, в абстрактном, а не в практическом или политическом смысле? Если да, то превращается ли это однажды в разновидность философского монашества или культизма, уходящего внутрь, в одиночку или с единомышленниками-философами и последователями, удерживая философию от политического влияния в любом направлении, сохраняя и защищая ее чистоту для инсайдеров, в некоторых случаях элитарность, от разлагающего влияния практического и политического мира?

Многие современные философы считают само собой разумеющимся, что философия должна иметь политическое значение.Тем не менее, большинство из нас – интеллектуальные и культурные потомки наших философских предшественников Нового времени и Просвещения. Иными словами, многие философы думают, что можно использовать философию, чтобы изменить мир, и ставят перед собой задачу попробовать. У некоторых из нас, однако, есть конкурирующая интуиция, что философия должна быть убежищем от отвлекающих факторов, мелочей и ограниченности политических дел.

Для тех из нас, кто придерживается этого конкурирующего взгляда на философию как на абстрактное предприятие, возможно, для нас важны возвраты к досовременным временам и представлениям до модерна / до Просвещения о природе и цели философии, чистом разуме и чистой философии. ради самих себя, как из-за неотъемлемой ценности самих философских вопросов, так и из-за того, как философское рассуждение и сократовское смирение развивают определенные добродетели, которые ценны для развития людей, независимо от того, имеют ли эти индивидуальные добродетели какие-либо практические или политические Импортировать.

Те, кто слишком рано или слишком рано начинают мыслить политически, могут никогда полностью не развить в себе философское рассуждение, философское смирение или философские добродетели в той степени, в какой они могли бы, если бы они оставались более аполитичными и сосредоточились на философии ради самой себя, а не на своей. политические цели или цели той философской школы, которой они внушали себя. Это, возможно, является причиной того, что философия Платона и Аристотеля, после дней Сократа с его подходом к философии человека с улицы, стала более замкнутой , более защищенной , более гностической на практике.

Да, это могло быть правдой, что философы все еще боялись за свою жизнь после казни Сократа. Но я думаю, что поворот философии внутрь себя, начиная с Платона и заканчивая философами эпохи Просвещения почти 2000 лет спустя, был во многом связан с представлением о том, что истинная философия по своей сути аполитична, что ее нужно защищать даже от масс, а не распространять волей-неволей. – волей-неволей в какой-то тщетной попытке изменить мир или изменить людей, которые сами не изменились бы.Целью философии для древних и средневековых философов было воспитать больше философов, часто тайно или скрытых в их собственных философских школах, а не культивировать политические изменения.

Политический поворот философии в период Модерна / Просвещения, тогда, и культура политической философии сегодня, на самом деле является отклонением в истории философии, и все же это отклонение, которое большинство философов, особенно политически и социально настроенных, принимают Я полагаю, что это само собой разумеющееся как неотъемлемая часть самой философии.Ветры философии могли дуть в политическом направлении, по крайней мере, в течение последнего столетия, если не последних 400 лет или около того. Но мне никогда не приходилось идти туда, куда меня несут ветры, и я доволен тем, что являюсь одним из анахроничных противников, которые, как поколения философов в древнем и средневековом мире, рассматривали философию как чистое и аполитичное занятие, нечто подобное. стоит само по себе, а не только из-за своего влияния или отсутствия такового на политическую или человеческую сферу.

Если это заставит меня вернуться назад, я могу с этим жить, но это также ставит меня в компанию Платона, Аристотеля и их философских и интеллектуальных потомков, как названных, так и неназванных, которые стремились сохранить философию чистой, свободной от и защищены от политического влияния или отвлечения внимания. Возможно, мне никогда не удастся изменить мир, как действительно Платон и Аристотель сделали только случайно, а не намеренно. Но я и другие, кто отстаивает абстрактную философию, логику, метафизику и метафорическую или буквальную гармонию сфер, вносим свой вклад в воспитание новых философов, в сохранении педагогической направленности философии (в отличие от ее современной политической направленности), в культивировании нашего использование человеческого разума ради самого себя и для защиты чистейшей формы философии от всех внешних влияний – политических, институциональных, академических, схоластических, корпоративных или иных.

Критики, предпочитающие более политический подход к философии, могут рассматривать это как форму эгоистичного или защитного обхода философских повозок, даже целенаправленного поворачивания спины ко многим несправедливостям и формам страдания в мире, о которых может что-то быть сделано с помощью философии или каким-либо другим способом. Я бы сказал, однако, что, хотя политических деятелей много, настоящих философов в самом традиционном и чистом смысле этого не хватает, и мы не хотим, чтобы их таланты абстракции и идеализма растрачивались на политические мелочи в настоящее время, независимо от того, сколько страданий, несправедливостей или трагедий происходит изо дня в день в мире, и какими бы практическими или прикладными политическими проблемами ни были сегодняшние события.

Погрязнуть в этих эфемерных качествах политического мира – значит застрять в пещере, глядя на тени, мерцающие на стене, вместо того, чтобы освободить свой разум, чтобы стать любителем мудрости, истины, знания и даже личной добродетели. философские или иные, ради них самих, а не ради каких-то политических, социальных или практических целей. Как ни странно и парадоксально, но Платон и Аристотель в конце концов преуспели в изменении мира, возможно, даже в большей степени, чем они могли бы в противном случае , потому что они были аполитичными и сосредоточив внимание на педагогических аспектах философии, а не на ее политических аспектах. .Философам, которые становятся политическими деятелями в жизни, может быть суждено раствориться в безвестности, так и не достигнув своих собственных целей. Тем не менее, философы, которые культивируют, воспитывают и обучают других философов, могут действительно преуспеть в изменении мира косвенно, через своих учеников и через свои высокие философские идеалы, даже если они никогда не пошевелили политическим пальцем в своей жизни.

Стоит отметить, что тот же вопрос можно и, вероятно, следует задавать (определенно в наши дни, с подъемом религиозного консерватизма в последние десятилетия) и в отношении религиозных убеждений: должны ли религиозные убеждения делать вас более политизированным или менее политическим? Следует ли верующим использовать свои моральные убеждения в качестве инструментов социальной справедливости, как Мартин Лютер Кинг-младший.выступает? Или вера должна позволить вам подняться над политической борьбой и сосредоточиться на более высоких и духовных заботах, свободных от политического значения? У каждого подхода есть свои плюсы и минусы, как достоинства, так и опасности. Если ваша вера становится политическим инструментом, есть опасность превратиться в нечистую веру, сосредоточенную на человеческой сфере вместо божественной. Но если вы слишком внутренне сосредоточены и культурно изолированы, слишком далеки от политической реальности и многих несправедливостей в мире, ваша религиозная вера сама по себе может фактически стать инструментом несправедливости и зла, что, возможно, и произошло. стал для многих людей веры сегодня, от каждой религии и веры с ее взглядами на небеса, а не на благополучие их соседей.

Я бы сказал, что для философов существуют одни и те же плюсы и минусы, одни и те же достоинства и опасности. Философы, использующие философию в политике, делают это, рискуя оставить свои способности абстрактного мышления не полностью развитыми или, что еще хуже, бросить свои философские жемчужины перед пресловутой свиньей. С другой стороны, философы, которые слишком абстрактны в своем мышлении, рискуют оказаться неэффективными, бескорыстными и даже морально опасными в своей терпимости к подлинному злу в мире.Возможно, ответ кроется в некой аристотелевской промежуточной позиции между двумя противоположными пороками – чрезмерной политичностью и чрезмерной аполитичностью.

Тем не менее, точно так же, как Сократ отверг конкретные примеры благочестия Евтифрона в ответ на вопрос Сократа об определении благочестия как такового (см. Диалог Платона , Евтифрон ), философы должны скептически относиться к любой философии, в которой практическое превыше идеала. политическое превыше педагогического, эфемерные проблемы дня превыше трансцендентного или вечного, чтобы они не продолжали смотреть в тени на стене, все время принимая практическую политику за настоящую философию и за настоящую мудрость.

(PDF) Политическая философия и политология: сложные отношения

Противостояние авторитарным режимам от Зимбабве до Мьянмы от Гонконга до России

(«путешествие» через Турцию и Украину) сражаются и рискуют своими жизнями, если не открыто и непреклонно

во имя либеральных ценностей, безусловно, в поисках их.

Согласно либерализму, «политика в значительной степени связана с тем, как примирить и агрегировать индивидуальные интересы

, и происходит в рамках предположительно нейтрального набора конституционных правил» (Драйзек, Хониг,

Phillips 2009, стр.70). Однако все люди имеют разный опыт и живут в определенных

сообществах. Хорошо это или плохо, но либерализм приукрашивает тот опыт, который для всех

людей

существа является «конститутивным», и считает их несущественными. Кроме того, либерализм направлен на замену всех

прежних привычек и традиций, укоренившихся в общественной жизни. В любом случае они не должны препятствовать равному обращению со всеми гражданами. Равенство перед законом, изономия – это непреодолимый либеральный принцип

.Никаких исключений не допускается. Например, большинство коммунитаристов. Сандель

(1982) вплотную подошел к осуждению того, что, поступая таким образом, либерализм неизбежно разрушит сами основы

организованной общественной жизни, принципы, вокруг которых формируются и функционируют сообщества. «Для

коммунитаристов люди всегда включены в сеть социальных отношений, а не в

социальных изоляций, которые предполагает либерализм, и у них есть обязательства перед сообществом, а не только перед политическими установками

, которые способствуют их собственным интересам» ( Ibidem, p.71). В некотором смысле мультикультурализм

продолжился (Kymlicka 1995). Во имя общинных традиций и жизни, кратко «культур», номер

дает веские аргументы в пользу множественных исключений из «либеральных» норм и правил. Эти исключения

, возможно, оправданы существованием в политической системе коллективов, характеризующихся особенностями

, глубоко влияющими на их жизнь: религиозными верованиями, отношениями между мужчинами и женщинами, образованием,

поведением в обществе.По мнению как коммунитаристов, так и мультикультуралистов, они должны быть полностью приняты во внимание при принятии законодательства по различным вопросам.

Задача политологов

Я с болью осознаю, что мои капсульные синтезы не в полной мере отражают критику либерализма Ролза

. К настоящему времени также может быть совершенно ясно, что я поддерживаю Ролза и его политическую теорию. Все, что сказано в

, те, кто хочет определить и обсудить отношения между политической философией и

политической наукой, найдут богатый и плодотворный материал во всех теориях, которые я упомянул.Здесь I

вкратце вернется к некоторым темам, которые политические теоретики могут осветить для политологов, в первую очередь и

в первую очередь, в широких областях демократизации, построения демократии и качества демократии.

В каком-то смысле большинство процессов демократизации началось под завесой незнания. Политические ученые

могут придерживаться этой линии мышления, некоторые действительно так и поступили, чтобы выполнить две задачи

. Во-первых, они могут захотеть проанализировать и сравнить те случаи, в которых завеса невежества

помешала некоторым из главных героев выбрать свой любимый, но рискованный путь, и которые

были последствиями.Во-вторых, в более политическом ключе, политологи могут исследовать

, на какие области демократизации должна в большей степени повлиять завеса невежества: разработка конституции

, границы между государством и рынком, выбор избирательной системы

. Вопросов много. Например, какова наилучшая процедура создания конституции

, которая может предложить возможность воспитания наивысшего уровня конституционного патриотизма

? Во-вторых, следует ли с самого начала делать упор на участие, как

, подчеркнутое республиканизмом и конкуренцией? Или обоим надо разрешить увеличиваться через

раз в

? Должны ли все пакты и все договоренности и устройства о разделении власти быть отклонены, приняты,

считаться временными и временными? В-третьих, при построении демократических рамок держатели

власти должны работать по «либеральным» линиям и делать упор на классические либерально-демократические свободы

и обязанности для всех, без каких-либо исключений? Или Конституция должна содержать «многокультурные» статьи

и специальные приспособления для этнической, языковой, региональной, религиозной и гендерной репрезентативности? Под

Обзор политической теории – Oxford Handbooks

Акерман, Б.а также Олстотт, А. 1999. Общество заинтересованных сторон . Нью-Хейвен, штат Коннектикут: Йельский университет. Press. Найдите этот ресурс:

Agamben, G. 1998. Homo Sacer: Суверенная власть и голая жизнь , пер. Д. Хеллер-Роазен. Стэнфорд, Калифорния: Stanford University Press. Найдите этот ресурс:

Althusser, L. 1969. Для Маркса . Лондон: Аллен-Лейн. Найдите этот ресурс:

– и Балибар, Э.1970. Чтение столицы . Лондон: Verso. Найдите этот ресурс:

Anderson, E. 1999. Что такое точка равенства ?. Этика , 109: 287–337. Найдите этот ресурс:

Arendt, H. 1958. The Human Состояние . Чикаго: University of Chicago Press. Найдите этот ресурс:

–1959. Размышления о маленьком Рок. Dissent , 6: 45–56. Найдите этот ресурс:

–1963. Вкл. Revolution . Нью-Йорк: Викинг. Найдите этот ресурс:

–1969. Кризисы республики . Нью-Йорк: Harcourt. Найдите этот ресурс:

Arneson, R.J. 1989. Равенство и равные возможности для благосостояния. Философские исследования , 56: 77–93. Найдите этот ресурс:

Ashcraft, R. 1989. Политическая теория и проблема идеологии. Политический журнал , 42: 687–705.Найдите этот ресурс:

Balibar, É. 2004 г. Мы, люди Европы? Размышления о транснациональном гражданстве , пер. Дж. Свенсон. Принстон, Нью-Джерси: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

—and Wallerstein, I. 1991. Раса, нация, класс: Неоднозначная идентичность 902 24. Нью-Йорк: Verso. Найдите этот ресурс:

Ball, T. 1987. Deadly герменевтика: или Шинн и социолог.Стр. 95–112 в Идиомы Запрос: Критика и обновление в политической науке, , изд. Т. Болл. Олбани: Штат University of New York Press. Найдите этот ресурс:

Barry, B. 1965. Политический аргумент . Лондон: Рутледж и Кеган Пол. Найдите этот ресурс:

—1995. Правосудие как беспристрастность . Оксфорд: Оксфордский университет Нажмите. Найдите этот ресурс:

—2001. Культура и равенство: Эгалитарная критика мультикультурализма 902 24. Cambridge: Polity. Найдите этот ресурс:

– and Hardin, R. (eds.) 1982. Рациональный человек и иррациональное общество? Беверли-Хиллз, Калифорния: Sage. Найдите этот ресурс:

Benhabib, S., Butler, J., Cornell, D., and Fraser, N. 1995. Феминистские утверждения: философский обмен . Нью-Йорк: Рутледж.Найдите этот ресурс:

Bennett, J. 2002. Мораль. дрейф. В Политика морализации , изд. Дж. Беннетт и М. Шапиро. Нью-Йорк: Routledge. Найдите этот ресурс:

—и Халупка, W. (ред.) 1993. В природе вещей: язык, политика и Окружающая среда . Миннеаполис: University of Minnesota Press. Найдите этот ресурс:

Berlin, Я.1969. Четыре очерка свободы . Оксфорд: Оксфордский университет Press. Найдите этот ресурс:

Bohman, J. 1998. Наступление эпохи совещательной демократии. Политический журнал Философия , 6: 399–423. Найдите этот ресурс:

Букчин, М. 1982. Экология свободы . Пало-Альто, Калифорния: Чешир. Найдите этот ресурс:

Bourdieu, П.and Wacquant, L. 1999. О хитрости империалистического разума. Теория, Культура и общество , 16: 41–58. Найдите этот ресурс:

Brown, C. 2006. From от международного к глобальному правосудию? Стр. 621–35 в Oxford Handbook of Politics Теория , изд. Дж. С. Дризек, Б. Хониг и А. Филлипс. Oxford: Oxford University Press, найдите этот ресурс:

(стр.84) Бьюкенен, Дж.и Таллок, Г. 1962. Исчисление согласия . Ann Arbor: University of Michigan Press. Найдите этот ресурс:

Батлер, Дж. 1993. Тела, которые имеют значение: на Дискурсивные пределы «секса». . Нью-Йорк: Routledge. Найдите этот ресурс:

Carens, J. 2000. Культура, гражданство и сообщество: контекстуальное исследование правосудия как Беспристрастность 902 24. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.Найдите этот ресурс:

Cochran, M. 1999. Normative Теория международных отношений . Кембридж: Кембриджский университет Press. Найдите этот ресурс:

Cohen, G.A. 1978. Karl Marx’s Теория истории: защита . Принстон, Нью-Джерси: Принстонский университет Нажмите. Найдите этот ресурс:

—1989. О валюте эгалитарное правосудие. Этика , 99: 906–44.Найдите этот ресурс:

—1995. Самостоятельная собственность, Свобода и равенство 902 24. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

—2000. Если вы эгалитарист, почему вы так богаты? . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Cohen, J. 1989. Обсуждение и демократическая легитимность. Стр. 17–34 в The Good Polity: Normative Анализ государства , изд.А. Хэмлин и П. Петтит. Oxford: Basil Blackwell. Найдите этот ресурс:

Cohen, M., Nagel, T. и Scanlon, T. M. (ред.) 1974 . Война и моральная ответственность . Принстон, Нью-Джерси: Принстон University Press. Найдите этот ресурс:

———. 1974 b . Права и недостатки абортов 902 24. Принстон, Нью-Джерси: Принстонский университет Нажмите. Найдите этот ресурс:

———. 1977 г. Равенство и Преференциальный режим . Princeton, NJ: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

Connolly, W. 1974. Условия политического Дискурс . Лексингтон, Массачусетс: Хит. Найдите этот ресурс:

–1991. Демократия и территориальность. Millennium , 20: 463–84. Найдите этот ресурс:

Dagger, R. 2004. Коммунитаризм и республиканизм. Стр. 167–79 в Справочник по политической теории , изд.Г. Ф. Гаус и К. Кукатас. Лондон: Sage. Найдите этот ресурс:

Dean, J. 2006. Политическая теория и культурология. Стр. 751–72 в Оксфордский справочник политической теории , изд. Дж. С. Дризек, Б. Хониг и А. Филлипс. Oxford: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

Deleuze, G. and Guattari, F. 1977. Anti-Oedipus: Капитализм и шизофрения .Нью-Йорк: Викинг. Найдите этот ресурс:

Der Derian, J. 2001. Virtuous. Война: отображение военно-промышленной-медиа-развлекательной сети . Боулдер, Цвет: Westview. Найдите этот ресурс:

Derrida, J. 2000. О гостеприимстве: Энн Дюфурмантель приглашает Жака Деррида в Ответить , пер. Р. Боулби. Стэнфорд, Калифорния: Stanford University Press. Найдите этот ресурс:

Dryzek, J.С. 1990. Дискурсивная демократия: политика, политика и политология . Нью-Йорк: Cambridge University Press. Найдите этот ресурс:

—1992. Как далеко от Вирджинии и Рочестера до Франкфурта? Общественный выбор как критическая теория. Британский журнал политических наук , 22: 397–417. Найдите этот ресурс:

Dunn, J. 2000. The Cunning of Unreason: Making Чувство политики 902 24.Нью-Йорк: HarperCollins. Найдите этот ресурс:

Dworkin, R. 1968. Об отказе от уголовного преследования. гражданское неповиновение. New York Review of Books , 10 (10 июня). Найдите этот ресурс:

—1977. Принимая права Серьезно . Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

–1981. Что такое равенство? Часть 1: равенство благосостояния; Часть ii: равенство Ресурсы. Философия и связи с общественностью , 10: 185–246 ;.283–345 Найдите этот ресурс:

—2000. Суверенная добродетель: теория и практика равенства . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Elshtain, J. B. 2003. Just Война против террора: бремя американской мощи в жестоком мире . Новый York: Basic Book. Найдите этот ресурс:

Euben, R. 1999. Enemy в зеркале: исламский фундаментализм и пределы современного рационализма .Принстон, Нью-Джерси: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

. (стр.85) Flathman, R. 1992. Умышленный либерализм: волюнтаризм и Индивидуальность в политической теории и практике . Итака, Нью-Йорк: Корнелл University Press. Найдите этот ресурс:

Foucault, M. 1979. Discipline and Punish: The Рождение тюрьмы . Нью-Йорк: Винтаж. Найдите этот ресурс:

Fraser, N.1997. Правосудие Interruptus: критические размышления о «постсоциалистическом» условии . Новый York: Routledge. Найдите этот ресурс:

Frazer, E. and Lacey, N. 1993. The Politics of Сообщество: феминистская критика либерально-общинных дебатов . Hemel Хемпстед: комбайн. Найдите этот ресурс:

Фукуяма, Ф. 1989. Конец история? Национальный интерес , Лето: 3–18.Найдите этот ресурс:

Galston, W. 1991. Либеральные цели: блага, добродетели и разнообразие в либеральном государстве . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Gauthier, D. 1986. Мораль по соглашению . Оксфорд: Кларендон Нажмите. Найдите этот ресурс:

Gilligan, C. 1982. In a Другой голос . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.Найдите этот ресурс:

Gilroy, С. 2000. Против расы: вообразить политическую культуру за пределами цвета. Строка . Кембридж, Массачусетс: Belknap Press of Harvard University Press. Найдите этот ресурс:

Glass, J. 2006. Паранойя и политика. философия. Стр. 729–48 в Оксфордский справочник политической теории , изд. J. S. Dryzek, Б. Хониг и А. Филлипс. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.Найдите этот ресурс:

Goodin, R.E. 1982. Политические Теория и государственная политика . Чикаго: University of Chicago Press. Найдите этот ресурс:

Gray, J. 1995. Пробуждение Просвещения . Лондон: Рутледж. Найдите этот ресурс:

—1998. Эндшпиль: Вопросы позднего модерна Политическая мысль 902 24. Cambridge: Polity. Найдите этот ресурс:

Green, D. P. and Шапиро, И.1994. Патологии теории рационального выбора: критика приложений в Политология . Нью-Хейвен, штат Коннектикут: Издательство Йельского университета. Найдите этот ресурс:

Gunnell, J. G. 1986. Между философией и политикой: отчуждение политической теории . Амхерст: Массачусетский университет Press. Найдите этот ресурс:

Habermas, J. 1989. Структурная трансформация общественной сферы , пер.Т. Бургер. Кембридж, Массачусетс: MIT Press. Найдите этот ресурс:

—1996. Между фактами и нормы: вклад в дискурсивную теорию права и демократии . Кембридж, Массачусетс: MIT Press. Найдите этот ресурс:

—2001 a . Постнациональный Созвездие: политические очерки . Кембридж, Массачусетс: MIT Press. Найдите этот ресурс:

—2001 b . Почему Европе нужна конституция. New Left Review , 11: 5–26. Найдите этот ресурс:

Hajer, M. и Wagenaar, H. (eds.) 2003. Deliberative Policy Analysis: Understanding Governance in the Network. Общество . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Hanchard, M. 2003. Акты непризнания: транснациональная черная политика, антиимпериализм и этноцентризм Пьера Бурдье и Лоика Ваквана. Теория, культура и Общество , 20: 5–29. Найдите этот ресурс:

Hartsock, N. 1983. Деньги, Секс и власть: к феминистскому историческому материализму . Нью-Йорк: Лонгман. Найдите этот ресурс:

Hartz, L. 1955. Либеральная традиция в Америка . Нью-Йорк: Harcourt, Brace. Найдите этот ресурс:

Hayek, F.A. von 1960. The Конституция свободы .Лондон: Рутледж и Кеган Пол. Найдите этот ресурс:

Хониг, Б. 1993. Политическая теория. и смещение политики . Итака, Нью-Йорк: Корнельский университет Нажмите. Найдите этот ресурс:

—2001. Демократия и Иностранец . Princeton, NJ: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

Horkheimer, M. and Adorno, T. 1972. Диалектика Просвещения . Нью-Йорк: Гердер и Гердер.Найдите этот ресурс:

Irigaray, L. 1985. Speculum of Другая женщина , пер. Дж. К. Гилл. Итака, Нью-Йорк: Корнельский университет Press. Найдите этот ресурс:

Isaac, J. C. 1995. Странное молчание политической теории. Политическая теория , 23: 636–52. Найдите этот ресурс:

Johnson, J. 1991. Рациональный выбор как реконструктивная теория. В Экономический подход к политике , изд.Ф. Монро. Нью-Йорк: HarperCollins. Найдите этот ресурс:

(стр.86) Катеб, Г. 1992. Внутренний океан: индивидуализм и демократическая культура . Итака, Нью-Йорк: Корнелл University Press. Найдите этот ресурс:

Kymlicka, W. 1995. Multicultural Гражданство 902 24. Oxford: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

–2001. Политика на просторечии: национализм, мультикультурализм и гражданство .Оксфорд: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

Laclau, E. 2006. The Популистский разум 902 24. Лондон: Verso. Найдите этот ресурс:

Laslett, P. 1956. Введение. В Философия, Политика и общество , изд. П. Ласлетт. Oxford: Basil Blackwell. Найдите этот ресурс:

Lasswell, H. D. 1961. Политика: кто что, когда и как получает . Кливленд, штат Огайо: Мир. Найдите этот ресурс:

Lukes, S.1995. Любопытное Просвещение Профессор Каритат . Лондон: Verso. Найдите этот ресурс:

Lynch, C. 1999. Beyond Appeasement: Интерпретация движений за мир между мировыми войнами Политика . Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Найдите этот ресурс:

Lyons, O. 1992. Изгнан в Страну Свободы: Демократия, Индейские народы и США Конституция .Санта-Фе, Северная Мексика: Ясный свет. Найдите этот ресурс:

Lyotard, J. F. 1984. Состояние постмодерна: отчет о знаниях . Миннеаполис: University of Minnesota Press. Найдите этот ресурс:

MacKenzie, C. and Столяр, Н. (ред.) 2000. Relational Autonomy: Feminist Perspectives on Autonomy, Agency, и Социальное Я . Oxford: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

McLellan, Д.1970. Маркс до марксизма . Лондон: Macmillan. Найдите этот ресурс:

Marcuse, H. 1964. Одномерный человек . Бостон: Маяк. Найдите этот ресурс:

Marshall, G., Swift, A., and Roberts, S. 1997. Несмотря ни на что? Социальный класс и социальная справедливость в промышленности Общества . Oxford: Clarendon Press. Найдите этот ресурс:

Mehta, U. S. 1999. Либерализм и империя: исследование либеральной мысли девятнадцатого века .Чикаго: University of Chicago Press. Найдите этот ресурс:

Mills, C. W. 1997. The Racial Контракт . Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Найдите этот ресурс:

Monoson, S. С. и Лорио М. 1998. Иллюзия власти и нарушение нравственности. нормы: критика Фукидидом политики Перикла. Американская политология Review , 92: 285–97. Найдите этот ресурс:

Monroe, K.Красный.) 2005. Перестройка! Грубое восстание в политической науке 902 24. Новый рай, Conn .: Yale University Press. Найдите этот ресурс:

Mulhall, S. and Swift, A. 1996. Liberals and Коммунисты , 2-е изд. Оксфорд: Бэзил Блэквелл. Найдите этот ресурс:

Нозик, Р. 1974. Анархия, государство и утопия . Нью-Йорк: Базовый Книги. Найдите этот ресурс:

Nussbaum, M.1999. Феминистка критика либерализма. Стр. 55–80 в Секс и социальная справедливость , изд. М. Нуссбаум. Оксфорд: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

Oakeshott, M. 1962. Рационализм в политике. и другие очерки . Лондон: Метуэн. Найдите этот ресурс:

Okin, S. М. 1989. Правосудие, гендер и семья . Нью-Йорк: Базовый Книги. Найдите этот ресурс:

—1998.Феминизм и мультикультурализм: некоторые напряженность. Этика , 108: 661–84. Найдите этот ресурс:

—2002. «Хозяйки их собственная судьба: «групповые права, пол и реальные права выхода. Этика , 112: 205–30. Найдите этот ресурс:

Ophuls, W. 1977. Экология и политика Дефицит . Сан-Франциско: W. H. Freeman. Найдите этот ресурс:

Parekh, B. 2000. Rethinking Мультикультурализм: культурное разнообразие и политическая теория .Лондон: Palgrave. Найдите этот ресурс:

Pateman, C. 1988. Сексуальный контракт . Cambridge: Polity. Найдите этот ресурс:

Patton, P. 2006. После лингвистического черед: постструктуралистская и либерально-прагматическая политическая теория. Стр. 125–41 дюйм Оксфордский справочник политической теории , изд. Дж. С. Дризек, Б. Хониг и А. Филлипс. Оксфорд: Oxford University Press, найдите этот ресурс:

Pettit, P.1997. Республиканизм: A Теория свободы и правительства 902 24. Oxford: Oxford University Press, найдите этот ресурс:

(стр.87) Филлипс, A. 1995. Политика присутствия: Политическая Представление пола, этнической принадлежности и расы . Оксфорд: Оксфордский университет Press. Найдите этот ресурс:

Pitkin, H. 1966. Обязательство и согласие II. Обзор американской политической науки , 60: 39–52.Найдите этот ресурс:

Plumwood, V. 2002. Экологическая культура: The Экологический кризис разума . Нью-Йорк: Routledge. Найдите этот ресурс:

Pogge, T. W. 2002. Бедность в мире и права человека: обязанности космополитов и Реформы 902 24. Молден, Массачусетс: Бэзил Блэквелл. Найдите этот ресурс:

Поппер, К. Р. 1957. Бедность историзма 902 24. Лондон: Рутледж и Кеган Пол.Найдите этот ресурс:

Цена, Р. и Реус-Смит, К. 1998. Опасные связи? Критическая международная теория и конструктивизм. Европейский журнал международных отношений , 4: 259–94. Найдите этот ресурс:

Rancière, J. 1989. Ночи труда: мечта рабочих в XIX веке Франция , пер. Дж. Друри. Филадельфия: издательство Temple University Press.Найдите этот ресурс:

—1999. Несогласие , пер. Дж. Роза. Миннеаполис: University of Minnesota Press. Найдите этот ресурс:

Rawls, J. 1969. Обоснование гражданское неповиновение. Стр. 240–55 в Гражданское неповиновение: теория и практика , изд. Х.А. Беду. Нью-Йорк: Пегас. Найдите этот ресурс:

–1971. Теория Правосудие .Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

–1993. Политические Либерализм 902 24. Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета. Найдите этот ресурс:

–1997. Возвращение к идее общественного разума. Юридический университет Чикагского университета Обзор , 94: 765–807. Найдите этот ресурс:

—1999. Закон народов . Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Riker, W.H. 1982 а . Двухпартийная система и закон Дюверже: очерк о история политической науки. Обзор американской политической науки , 76: 753–66. Найдите этот ресурс:

—1982 b . Либерализм против популизма: противостояние теории демократии и теория социального выбора . Сан-Франциско: W. H. Freeman. Найдите этот ресурс:

Roemer, J.E. 1982. A General Теория эксплуатации и класс 902 24. Кембридж, Массачусетс: Гарвардский университет Press. Найдите этот ресурс:

– (ред.) 1986. Аналитический Марксизм 902 24. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Rogin, M. 1987. Рональд Рейган. Фильм и другие эпизоды политической демонологии . Беркли: University of California Press. Найдите этот ресурс:

Rorty, R.1983 г. Постмодернистский буржуазный либерализм. Философский журнал , 80: 538–89. Найдите этот ресурс:

—1989. Случайность, Ирония, и Солидарность . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Rothstein, B. 2005. Производит ли политология технически грамотных варваров? Европейский Политология , 4: 3–13. Найдите этот ресурс:

Sandel, M.1982. Либерализм и Пределы правосудия 902 24. Кембридж: Cambridge University Press. Найдите этот ресурс:

Scanlon, T. M. 1998. What We В долгу друг перед другом . Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Schaar, J. 1970. The Berkeley восстание и не только. В Очерки политики и образования в технологической Общество , изд. Дж. Шаар и С.Волин. Нью-Йорк: Винтаж. Найдите этот ресурс:

Scheuerman, W. E. 2006. Критическая теория за пределами Хабермаса. Стр. 85–105 в Оксфорде Справочник по политической теории , изд. Дж. С. Дризек, Б. Хониг и А. Филлипс. Оксфорд: Оксфордский университет Press. Найдите этот ресурс:

Schmitt, C. 1985. Политические Богословие: четыре главы о концепции суверенитета , пер. G. Schwab.Кембридж, Массачусетс: MIT Press. Найдите этот ресурс:

Schumpeter, J. A. 1942. Капитализм, социализм и демократия . Нью-Йорк: Харпер. Найдите этот ресурс:

Сен, А. 1980. Равенство чего? В Лекции Таннера о человеческих ценностях , изд. С. МакМуррин. Кембридж: Кембридж University Press. Найдите этот ресурс:

—1992. Пересмотр неравенства . Оксфорд: Оксфордский университет Нажмите.Найдите этот ресурс:

Шклар, J. 1964. Законничество . Кембридж, Массачусетс: Гарвардский университет Press. Найдите этот ресурс:

Skinner, Q. 1998. Liberty before Либерализм 902 24. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Strauss, L. 1953. Natural Right и история . Чикаго: University of Chicago Press. Найдите этот ресурс:

. (стр.88) Санштейн, К.Р. 1990. После правых Revolution . Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

–1993. Частичное Конституция . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

Taylor, C. 1975. Hegel . Нью-Йорк: Cambridge University Press. Найдите этот ресурс:

-1979. Интерпретация и науки о человеке. В Interpretive Social Science: A Читатель , изд.П. Рабинов и В. М. Булливан. Лос-Анджелес: Университет California Press. Найдите этот ресурс:

–1989. Перекрестные цели: либерально-коммунитарные дебаты. Стр. 159–82 в Либерализм и нравственная жизнь , изд. Н. Розенблюм. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

—1994. Политика признания. В мультикультурализм и «Политика Признание », изд.А. Гутманн. Princeton, NJ: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

Tully, J. 1995. Странная множественность: конституционализм в эпоху разнообразия . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

—2002. В несвободы современных людей по отношению к идеалам конституционной демократии. Modern Law Review , 65: 204–28. Найдите этот ресурс:

Van Parijs, P.1995. Настоящая свобода для всех: что (если что-то) может оправдать капитализм? Oxford: Oxford University Press. Найдите этот ресурс:

Virno, P. 2004. A Grammar of the Multitude . Cambridge, Mass: Semiotext (e). Найдите этот ресурс:

Waldron, J. 1993. Liberal Rights: Сборник статей 1981–1991 . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Найдите этот ресурс:

Walker, R.Б. Дж. 1993. Внутри / снаружи: Международные отношения как политическая теория . Кембридж: Cambridge University Press. Найдите этот ресурс:

Walzer, M. 1967. Обязательство не подчиняться. Этика , 77: 163–75. Найдите этот ресурс:

—1970. Обязанности: очерки непослушания, войны и гражданства . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Найдите этот ресурс:

—1990.В коммунитарная критика либерализма. Политическая теория , 18: 6–23. Найдите этот ресурс:

White, S. 2000. Поддерживающее утверждение: сильные стороны слабой онтологии в политике Теория . Princeton, NJ: Princeton University Press. Найдите этот ресурс:

Wolff, R.P., Moore, B., Jr., and Маркузе, Х. 1965. Репрессивная терпимость . Бостон: Маяк. Найдите этот ресурс:

Wolin, S.1960. Политика и мировоззрение . Бостон: Литтл, Браун. Найдите этот ресурс:

–1969. Политическая теория как призвание. Обзор американской политической науки , 63: 1062–82. Найдите этот ресурс:

Янг, И. М. 1990. Правосудие и Политика различий . Принстон, Нью-Джерси: Принстонский университет Press. Найдите этот ресурс:

Zerilli, L. 1994. Означающая женщина: культура и хаос в Руссо, Бёрке и Милле .Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Найдите этот ресурс:

–2006. Феминистская теория и канон политической мысли. Стр. 106–24 в Оксфорде Справочник по политической теории , изд. Дж. С. Дризек, Б. Хониг и А. Филлипс. Оксфорд: Оксфордский университет Press. Найдите этот ресурс:

Zizek, S. 2001. Did Somebody Say Тоталитаризм? Пять вмешательств в (неправильное) использование понятия .Нью-Йорк: Verso.Найдите этот ресурс:

Абстракция сделает вас более умеренным в политическом плане | Брент Купер | Организация Abs-Tract

Как спросить «Почему?» Снижает политическую поляризацию

Трудно наблюдать, как страна разрывается на части, когда есть такое простое решение. Еще больнее, когда люди риторически стонут “почему?” не особо заботясь об ответе. Исследования показывают, что абстрактное мышление может сделать вас более политически умеренным, как написано в Illinois News Bureau на основе статьи «Поляризованное отношение к мечети Ground Zero» снижается конструктивным подходом высокого уровня.Годом позже авторы исследования выпустили статью Disfluency Disrupts the Confirmation Bias.

«Предыдущее исследование показало, что абстрактное мышление усиливает творческие способности и непредубежденность, но это первое исследование, в котором проверяется его способность сдерживать политические убеждения, – сказал Престон». – Абстрактное мышление может сделать вас более политически умеренным

Я не буду перефразировать то, что было написано в статье Illinois News Bureau, но я намерен сделать акцент на части абстракции.Книга «Социальная психология политической поляризации» (2016) продолжает работу с того места, где остановились другие исследования, и находит больше доказательств, подтверждающих абстракцию. В одной главе «От разрозненности к синергии: влияние конструктивного уровня на политическую поляризацию» делается вывод о том, что «абстракция снижает предубеждение консерваторов в отношении ненормативных групп», а «абстракция уменьшает идеологические различия в моральных ценностях». Авторы этой главы приходят к выводу, что:

«относительно безобидный сдвиг в мышлении может существенно повлиять на ход политических разногласий … требуется дополнительная работа, чтобы полностью понять, как, когда и для кого аннотация (vs.конкретное) мышление уменьшит или усилит политические разногласия ». – Социальная психология политической поляризации, с.157–158, 2016

Другое недавнее исследование использует другой подход. Перестройка политики: двойное влияние абстракции на политическую идеологию утверждает, что абстракция идет в обоих направлениях. Конечно, есть; это обоюдоострый меч, как я обсуждал в «Абстракции» Джордана Петерсона и «Новый упрек в абстракции». Это полностью зависит от типа и целостности абстракции.

Политическая поляризация – огромная проблема в Соединенных Штатах. Его нельзя недооценивать или игнорировать, даже несмотря на то, что многие люди принимают и дорожат своей односторонней политикой. Это то, с чем мы должны столкнуться с помощью абстракции. Поляризация – это скользкая дорожка к экстремизму, и ее политика никому не помогает. Как это следует интерпретировать обычному человеку? Это означает, что две ложные идеологии выбивают друг из друга дерьмо. Это контрпродуктивно. На диаграмме ниже показано увеличение разрыва с течением времени.

[Источник]

Вышеупомянутые журнальные статьи также были процитированы в нашем фильме / веб-сериале 2014 года «Абсолютный тракт: основная философия». Как и в статье, мы призываем наших студентов спрашивать «Почему?» (как минимум 3 раза) во всех аспектах жизни, чтобы достичь более высоких состояний осознания и приобретения знаний. Вы можете увидеть цитаты из вышеперечисленных статей ближе к концу этого выпуска:

Спросить, почему, похоже на восхождение по лестнице абстракции, которая является классическим примером абстрактного мышления. Когда мы можем двигаться вверх и вниз по уровням анализа, мы можем мыслить более рационально и объективно, и это может привести к снижению политической поляризации.

Важно понимать абстракцию не просто как многоуровневое мышление или схематическое мышление, но как критическое мышление и, в конечном счете, этическое мышление. Любой может мыслить абстрактно для своих собственных целей, так что это не делает его по своей сути хорошим. Можно было бы привести аргумент, что нацисты использовали много абстракции, но это поверхностно. Конечно, были, но не из тех, которые уменьшают политическую поляризацию. Они не думали абстрактно о собственном политическом парадоксе, как и американцы.

Когда мы поддерживаем абстракцию, мы говорим о критическом мышлении и четком представлении знаний. Идея здесь заключается в том, что люди, принадлежащие к крайностям политического спектра, положительно отреагируют на новую информацию, если она будет представлена ​​правильно, особенно на абстрактную конструкцию знания, поскольку она относится к общей картине и различным уровням анализа. Мы можем и должны обратить эту тенденцию вспять. Представь это.

[Источник]

Для получения дополнительной информации о политической поляризации США вы можете посмотреть это короткое видео BBC:

Введение в социальную и политическую философию: подход, основанный на вопросах

Rowman & Littlefield Publishers

Страниц: 318 • Обрезка: 6⅛ x 9

978-0-7425-6412-1 • Твердый переплет • Май 2009 г. • 134 доллара США.00 • (103,00 £)

978-0-7425-6413-8 • Мягкая обложка • Июнь 2009 г. • 54,00 долл. США • (42,00 фунта стерлингов)

978-0-7425-6526-5 • электронная книга • июнь 2009 г. • 51,00 $ • (39,00 £)

Ричард Шмитт Ph.D. является почетным профессором философии Брауновского университета. Он был научным сотрудником Гуггенхайма и широко публиковался по современной политической философии, уделяя особое внимание марксизму и критической теории.Его книги включают «Введение в Маркса и Энгельса» и «К новому социализму».

Глава 1 Предисловие
Глава 2 Как пользоваться этой книгой
Глава 3 Свобода: владение или процесс?
Глава 4 Гражданин и правительство
Глава 5 Собственность и права
Глава 6 Демократия
Глава 7 Почему важна свобода?
Вопросы для повторения к главе 8
Вопросы для размышления и обсуждения к главе 9
Рекомендуется к прочтению к главе 10
Примечания к главе 11

Этот замечательный учебник включает в себя все философские ресурсы, необходимые для введения в социальную и политическую философию, что особенно удобно для студентов с ограниченной подготовкой к колледжу.Шмитт ставит свежие, яркие и сразу увлекательные задачи, а затем задает им поисковые вопросы, призванные стимулировать студентов. Шмитт выступает за педагогику, основанную на вопросах, которая побуждает студентов размышлять о реальных моральных и политических трудностях, с которыми они сталкиваются в повседневной жизни. С таким количеством введений в философию уже доступно, трудно написать что-нибудь лучше.
Элисон Джаггар, Университет Колорадо в Боулдере

Книга Шмитта «Введение в социальную и политическую философию » является освежающе радикальной в самой философски просветляющей манере, которая делает обучение в классе самым замечательным.Эта книга мастерски рассказывает о том, как обычные переживания вызывают философские размышления.
Лоуренс Томас, Сиракузский университет

Четко написанная, убедительно аргументированная, наполненная множеством поучительных, удобных для студентов примеров, эта книга является долгожданным дополнением к ресурсам для изучения ключевых вопросов социальной и политической философии.
Роджер С. Готтлиб, автор книги «Зеленая вера: религиозный энвайронментализм и будущее нашей планеты»

—Ayn Rand Lexicon

Home

Ответы, данные этикой, определяют, как человек должен относиться к другим мужчинам, и это определяет четвертую ветвь философии: политика , которая определяет принципы правильной социальной системы.В качестве примера функции философии политическая философия не скажет вам, сколько газа нужно нормировать дано и в какой день недели – он скажет вам, есть ли у правительства право вводить какие-либо нормирования на что угодно.

«Философия: кому она нужна»,
Философия: кому она нужна , 4

Основной и решающий политический вопрос нашего времени: капитализм против социализм , или свобода против этатизма. На протяжении десятилетий этот вопрос был замолчать, подавить, уклониться и спрятаться под туманной, неопределенной резиновые термины «консерватизм» и «либерализм», утратившие свое первоначальное значение и может быть расширено, чтобы означать все для всех людей.

«Экстремизм, или искусство смазывания»,
Капитализм: неизвестный идеал , 178

Политическая философия ставит цели и определяет курс практическая политика страны. Но политическая философия означает: абстрактная теория. выявить, объяснить и оценить тенденцию событий, выявить их причин, спроецируйте их последствия, определите проблемы и предложите решения.

«Возвращение цыплят»,
Возвращение первобытного: антииндустриальная революция , 46

Политика основана на трех других философских дисциплинах: метафизике, эпистемология и этика – по теории природы человека и человеческих взаимоотношений к существованию.Только на такой основе можно сформулировать непротиворечивое политическая теория и достичь ее на практике. Когда, однако, мужчины пытаются броситься в политику без такой базы, в результате конгломерат бессилия, тщетности, непоследовательности и поверхностности, которые сегодня свободно обозначается как «консерватизм». Объективисты не «Консерваторы». Мы радикалов капитализма ; мы боремся за это философская база, которой не было у капитализма и без которой он был обречены на гибель.

«Выберите свои выпуски»,
The Objectivist Newsletter , январь 1962 г., 1

Основной политический принцип объективистской этики: никто не может инициировать применение физической силы против других. Ни человека, ни группы, ни общество или правительство – имеет право взять на себя роль преступника и инициировать применение физического принуждения против любого мужчины. Мужчины имеют право использовать физическую силу только в качестве возмездия и только против тех, кто инициирует его использование.

«Объективистская этика»,
Добродетель эгоизма , 32

См. Концептуальный указатель: политика.

Авторские права © 1986 Гарри Бинсвангер. Авторское право на введение © 1986 Леонард Пейкофф. Все права защищены. За информацией обращайтесь в New American Library.

Благодарности

Выдержки из книги Леонарда Пейкоффа Зловещие параллели . Авторские права © 1982 Леонард Пейкофф. Печатается с разрешения Издательство Stein and Day.Выдержки из Романтический манифест , пользователя Ayn Rand. Авторские права © 1971, Объективист . Перепечатано с разрешения Harper & Row, Publishers, Inc. Выдержки из Атлас расправил плечи , авторское право © 1957 Айн Рэнд, Источник , авторское право © 1943 Айн Рэнд, и Для New Intellectual , авторское право © 1961 Айн Рэнд. Перепечатано разрешение поместья Айн Рэнд. Выдержки из книги Философия: Кто Нужно это , Айн Рэнд.Авторские права © 1982, автор: Леонард Пейкофф, исполнитель, поместье Айн Рэнд. Перепечатано разрешение поместья Айн Рэнд. Отрывки из «Философии». объективизма ». Авторские права © 1976 г. Леонард Пейкофф. Печатается с разрешения.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *